Книга Сквозь другую ночь, страница 60 – Вадим Панов

— Из того, что мне рассказали, можно сделать вывод, что вам не часто приходится выслушивать претензии.

— Ваши друзья слишком добры ко мне.

— Вы опять дурачитесь?

— Вечер, я слегка расслаблен.

— Не верится… – Она подвинула к себе бокал, но пить не стала. – Объясните, как я могу быть связана с убийством вашего товарища?

— Я пока не знаю. Точнее, мне известно только то, что Паша заинтересовался вашей книгой и был убит. – Вербин говорил прежним тоном, не показывая, насколько сильно его задело совершённое преступление. – Но вы не волнуйтесь, Таисия, у нас есть несколько версий, и мы проверяем все. Если выяснится, что смерть Паши не связана с его интересом к вашим литературным изысканиям, я лично принесу извинения. И постараюсь загладить вину.

— Вы уже нанесли мне моральный вред.

— Я действовал не публично, я задавал вопросы, которые имеют право на существование. Если ваши друзья разнесли информацию среди ваших знакомых или поклонников, то моральный вред нанесли они, а не я.

— Ещё не разнесли, – сказала Таисия после паузы. – Они хорошие друзья.

— В таком случае, всё в порядке.

— Мне бы вашу уверенность. – Она, наконец-то, взяла бокал, но прежде, чем сделать глоток, неожиданно отсалютовала Вербину.

Феликс понял намёк и ответил своим виски. А затем Таисия продолжила, причём неожиданно проникновенно:

— Никто не верил, что я написала книгу. Никто. Серёжа сказал об этом прямо. Эм промолчал, но я видела в его глазах сомнение, и вы не представляете, как неприятна мне была эта ситуация. Это сомнение. Это недоверие! Мне было неприятно, обидно и очень больно. Но я сдерживалась, я работала и в конце концов сумела убедить их, что я и только я являюсь автором романа. Серёжа даже извинился, сказал, что ему очень стыдно. Эм признался, что год со страхом ждал, что вот-вот на пороге появится настоящий автор и докажет, что я украла у него рукопись. Они успокоились, они наконец-то полностью в меня поверили, и тут появились вы.

— Сначала – Паша, – заметил Вербин.

— Не понимаю, почему он заинтересовался книгой, – вздохнула молодая женщина. – Только потому, что пять лет назад не смог поймать убийцу?

Феликс понял, что короткий монолог Калачёвой был предельно искренним, шёл от сердца, и не мог не ответить тем же.

— Мы не любим подобные дела, Таисия: бессмысленные убийства без мотива и следов, в расследовании которых абсолютно не за что ухватиться. Преступления произошли в разных округах Москвы, было открыто пять разных уголовных дел, сотрудники между собой не контактировали. Возможно, если бы кто-нибудь из них посмотрел на происходящее так, как посмотрели вы, мы бы сейчас с вами не разговаривали, а вы бы на меня не злились. Но произошло то, что произошло: те дела почти канули в небытие, но тут вы подкинули новую идею, Паша ею заинтересовался… И вы знаете, что произошло потом.

— Но я всё выдумала! – почти выкрикнула Калачёва.

— Вы оказались слишком хорошей выдумщицей.

— И теперь за это страдаю?

— За всё приходится платить.

— Даже за талант?

— Добро пожаловать в реальную жизнь.

— Разбудите меня, – грустно пошутила Таисия. В бокале оставалось не меньше половины белого, но молодая женщина пока к нему не прикасалась.

— Кому вы рассказали о визите Паши? – спросил Феликс.

— Никому.