Книга В сумерках моря, страница 11 – Вадим Панов

— Хорошо: в твоих.

Пожалел ещё сильнее и попытался вывернуться:

— Я имел в виду, что из нас двоих ничего не помню только я.

Джина выдержала очень долгую паузу, её тон чуть потеплел:

— Пусть так. Хочу только заметить, что я еду в эту ночь с тобой…

— Я знаю и очень…

— …Хотя могла бы ещё на той стоянке укатить по своим делам и бросить тебя, избитого, около фургона. Но я…

— Прости меня, пожалуйста, я очень ценю всё…

— Не надо меня перебивать.

— И за это прости.

— Хорошо.

Джина отвернулась и стала смотреть в тёмное боковое окно.

Некоторое время ехали молча, затем Чащин поинтересовался:

— Кстати, почему ты так меня называешь?

— Флексом?

— Да.

— Всегда так называла, и тебя это никогда не напрягало, – ответила Джина, продолжая смотреть в окно. – Тебе нравится это имя.

— Всегда – это как долго?

— Сам вспомнишь.

— Ты вредина.

— Ты мне это уже говорил.

— Часто?

— Сам вспомнишь.

И как с ней разговаривать?

Откровенно говоря, Феликс до сих пор не знал, как относиться к попутчице и можно ли ей доверять? Могла ли Джина быть сообщницей напавших на него грабителей? Кстати, существующих только в её рассказе. В принципе, могла: если она не показывалась до того момента, как его вырубили, девушку могли оставить под видом случайной прохожей, путешествующей автостопом туристки, чтобы она узнала, куда делся не найденный грабителями товар. А поняв, что Феликс ничего не помнит, начала импровизировать. Поверить в подобный спектакль трудно, но тем не менее можно. С другой стороны, её рассказ звучал намного правдоподобнее «грабительской» версии, однако окончательно он всё поймёт не раньше, чем вернётся память.

— Чёртова амнезия…

— Что?

Девушка, судя по всему, задумалась и не расслышала очень тихого высказывания Феликса.

— Здесь стоянка. – Чащин вовремя заметил знак, сбросил скорость, медленно въехал на общественную парковку и остановился.

— В туалет захотел?

— Ехать сейчас в Судак смысла нет – там все спят, – объяснил Феликс, внимательно разглядывая стоящие автомобили: три кроссовера и седан. Номера: Казань, Нижний Новгород, Москва. «Для чего я обращаю внимание на номера? Привычка?» Людей не видно, видимо, спят. – Я же хочу посмотреть, как нас встретят.

— Почему? – ляпнула девушка. В следующий миг поняла, что сморозила глупость, и торопливо добавила: – Извини, я поняла.

Чащин кивнул, вышел из машины – Джина последовала за ним, закурил сам, дождался, когда девушка возьмётся за свои сигареты, и продолжил:

— Поэтому я прошу тебя никому не рассказывать о том, что у меня амнезия. Я должен разобраться, кто я и что тут делаю. И ещё… – Он глубоко затянулся, глядя Джине в глаза. – Если ты что-то недоговариваешь, то сейчас самое время об этом рассказать.

— Я рассказала, как было, – спокойно ответила девушка, отвечая на взгляд. – И если ты мне не веришь, нам самое время расстаться.

«Грабительская» версия рассыпалась – он ведь помнил, как они ехали вместе. Значит, она действительно была с ним, а потом они поссорились. И на него напали.

— Верю, – ответил Феликс.

— Спасибо.

Однако Чащин не закончил.

— Я не знаю, кто ты, Джина, и, возможно, я не всё тебе рассказал. Если я тебя сейчас обидел – извини, но ты, надеюсь, понимаешь, что у меня есть причина для недоверия.

— Ты будешь не доверять мне до тех пор, пока не поймёшь, что я помогаю тебе выпутаться из всего этого дерьма. – Девушка по-прежнему говорила спокойно, но сейчас ещё и с неожиданной уверенностью.