Книга Метла, страница 91 – Евгения Райнеш

— Да каким образом? Я абсолютно ничего не понимаю ни в торговле, ни в посуде... Неужели нельзя кому-нибудь продать это, как вы говорите, налаженное дело, и вернуться к себе домой?

Леший посмотрел на него с таким видом, что Сергей Петрович сразу понял: он ещё не оценил масштабов катастрофы.

— Да вот вернуться-то, и есть главная проблема. И вытекающий из высказанного вопрос: как вы вообще сюда попали?

Сергей Петрович в ужасе вжался в кресло.

Жанна, думая о чём-то своём, тоже чрезвычайно расстроилась. Но уже лично.

— А как же теперь быть с чайным сервизом из ста предметов?

— С каким чайным сервизом? — уставился на неё Сергей Петрович.

— Я у вас гору посуды для нашей таверны заказываю. Что теперь с моими заказами будет? И у мастера Савоя скоро юбилей...

1

Лёля собиралась на работу в студии Клода. Вчера она пришла к нему, как говорится, с вещами. С дорожной сумкой в одной руке и пакетом с продуктами в другой. Клод радостно бросился к ней навстречу, но ощущение никому не нужной жертвы терзало Лёлю с вчерашнего вечера, и не оставляло до сих пор.

Она посмотрела на спящего Клода. Прошлась по студии, которая после её вчерашних попыток навести порядок, выглядела если и более пригодной для жилья, то ненамного. Неловко повернувшись, Лёля задела один из мольбертов. Тряпка, накинутая на полотно, сползла, и она увидела девушку в белом на качелях. Сначала равнодушно скользнула глазами по картине, но что-то остановило, заставило ещё раз посмотреть на полотно. Более внимательно. За минуту в Лёле промелькнула целая гамма чувств — от страха до разочарования. Она ощутила глубинным женским чувством, что это не просто портрет какой-то незнакомой девушки. Здесь нечто большее. Гораздо большее.

— Я тебе сегодня ключ сделаю, — произнёс, не открывая глаза, с дивана Клод. — Как соберёшься с работы, позвони, чтобы я на месте был.

Лёля торопливо набросила тряпку обратно на полотно, повернулась к нему:

— А ты куда-то собираешься?

Клод долго и глубоко зевнул:

— Ты почему-то всегда думаешь, что у меня не может быть никаких дел...

— Я думала, ты будешь работать, — Лёля махнула рукой в сторону занавешенных полотен.

— Может, и буду, — сказал Клод, лениво потягиваясь, — только в пару мест заскочить нужно. Так сказать, восстановить старые связи.

— Ну, ну, — вложив голос весь имеющийся в ней сейчас скепсис, произнесла Лёля. Потом вдруг неожиданно даже для самой себя спросила:

— Клод, а ты ангел или демон?

Он почему-то даже не удивился странному вопросу, только лениво перевалился на другой бок и зевнул:

— С чего ты вообще взяла, что я тот или другой?

— А все-таки?

Он рассмеялся:

— Я — человек. В меру несчастный, в меру счастливый. Как и все остальные люди.

Лёля, бросив быстрый взгляд на часы, заторопилась, но всё-таки задала ещё один, мучивший её вопрос:

— А демоны — они счастливые или несчастные?

— Думаю, что несчастные. Так же, как и ангелы. Ой, слушай, спроси что-нибудь полегче... А ещё лучше, давай, целоваться...

Клод заманивающим жестом потянул к Лёле с постели руки. Она твёрдо и отрицательно покачала головой, задумчиво, словно сама себе пробормотала:

— Почему бы это? Они же — существа без страстей. Без чувств, значит...

И ушла на работу. Клод же, услышав, как захлопнулась за ней входная дверь, подождал несколько минут, удостоверился, что Лёля ушла, и потянулся к телефону.