Книга Метла, страница 32 – Евгения Райнеш

— Нет, я не он. Я его брат. Мы — близнецы. Он не сказал вам?

Соня, удовлетворённая ответом, кивнула. Сначала отрицательно, потом положительно.

— О том, что близнецы — нет, не сказал. Извините, я, наверное, напугала вас или расстроила?

Альфред печально улыбнулся

— Что вы, что вы — ни то, и не другое. Просто наш городок небольшой, все друг друга знают. И про нас с Фредом, естественно, тоже. Это фундаментальный порядок вещей: Фред — в таверне, я — в лавке. И никогда никак иначе.

Пёс дремавший у ног хозяина, как огромная плюшевая игрушка, поднял голову, принюхался к воздуху и тихо, но угрожающе заворчал.

— Сфер, спокойно! — тихо произнёс Альфред. Пёс положил большую умную голову обратно на лапы.

— Дорогая гостья нашего города! — велеречиво произнёс антиквар.

Соня, не вняв торжественности момента, переспросила:

— Как, как его зовут?

Альфред встал с кресла, и его спокойно расслабленные движения в один момент стали суетливыми и тревожными.

— Агасфер. А, кстати, как зовут вас?

— Да, извините, я — Соня, — отрапортовала она.

— Милая Соня! — продолжил Альфред. — Нет, нет, не спорьте, вы действительно очень милая. И чуть загадочная. Кстати, у вас в роду ведьмы бывали? Очень похоже, что вы, милая, ведьма, причём, потомственная.

Соня скромно потупилась, потому что, может, ей бы и хотелось быть потомственной ведьмой, но — увы — ничего подобного в её роду и близко не наблюдалось.

Она уже спокойно начала рассматривать содержимое магазинчика. А это, надо сказать, оказалось делом вовсе не лёгким, потому что всякая всячина громоздилась кучей по всем полкам, а то, что не помещалось на полках, Альфред свалил грудой на полу. Старинные лампы и подсвечники перемешивались с плетёными ковриками и действительно дорогими на вид женскими украшениями. Умилительные фарфоровые котята соседствовали с изумительной красоты и благородства ножнами для кинжалов. Над полным разбродом и шатанием победно возвышались оленьи или лосиные рога, свисающие с потолка. В общем, этот карнавал безвкусицы и стиля привёл Соню в некоторый шок. Но странно: во всём этом бардаке она видела определённый порядок.

— А я чувствую в вас дар особый, — продолжал настаивать на своём Альфред. — Хочешь, не хочешь, а тянет вам рассказать всю свою подноготную.

— Вы, конечно, можете мне рассказать.… В рамках приличия, разумеется — тут же добавила Соня.

— Ну, эту историю вам любой житель нашего города расскажет. В рамках приличия. Это наша местная легенда. Так что, можно сказать, моя дорогая, вы видите перед собой настоящий миф. Два неразлучных брата-близнеца полюбили одну девушку. Девушка выбрала более удачливого. Отвергнутый возлюбленный не смог простить ни брата, ни девушку. На долгие годы он перестал общаться с ними. Вот, собственно, и вся история...

Соня осторожно спросила:

— А как сильно вы поссорились?

Альфред ответил весело и с удовольствием:

— В общем, насколько я помню, до драки. Мне рассказывали, что Фред на свадьбе красовался с огромным бланшем под глазом.

И тут Альфред, становясь очень похожим на брата, резко сменил настроение, загадочно засуетился:

— Я думаю, у меня есть для вас кое-что.

Он нырнул под прилавок, раздались какие-то шуршания, звуки падающих предметов, что-то со звоном покатилось к Сониным ногам. Она подняла небольшой прозрачный шарик, из него в упор, не мигая, смотрел пытливый глаз — мутно зелёный, похоже, что женский, обрамлённый густыми ресницами. Соня в недоумении уставилась на него. Глаз подмигнул ей из шарика.