Книга Босс. Служебное искушение, страница 13 – Софья Феллер

Как же было просто в этом плане в Генотеке. Никаких тебе привлекательных боссов. Никакой конкуренции в офисе, соответственно. Работала себе и проблем не знала. Жаль, что череда плохих управленческих решений привела к тому, что они обанкротились.

Мы подходим к ресторану. Просторный, с панорамными окнами, из которых открывается вид на бухту, залитую мягким золотистым светом предзакатного солнца. В воздухе пахнет морем и чем-то аппетитным с кухни. Стены тёплого песочного оттенка, мебель из тёмного дерева. На столах — хрустальные бокалы и свечи. Лёгкий гул разговоров, приглушённый джаз, мерцание свечей — всё создаёт атмосферу уюта и намёка на интимность.

Жигулин останавливается перед хостес и называет бронирование. Она, едва взглянув на него, сразу расцветает в улыбке. Нас провожают к столику у окна. Он, как всегда, движется вперёд, уверенно, словно весь мир у него под контролем. Я иду за ним, чуть нервничая, ощущая на себе взгляды.

— Надеюсь, ты не против морепродуктов? — спрашивает он, устраиваясь напротив и разглядывая меня поверх меню.

— Не против, — слегка улыбаюсь. — Хотя я не слишком искушённый гурман.

— Будет повод расширить гастрономический опыт, — бросает он, и глаза его лукаво прищуриваются. — Мы, кстати, завтра встречаемся с руководителями проекта в девять. Потом — презентация. После обеда экскурсия по офису. Всё по плану.

— Я всё помню. Блокнот с собой.

Он кивает удовлетворённо, потом подзывает официанта. Не заглядывая в меню, уверенно делает заказ — устрицы, тартар из тунца, бутылку белого сухого. Меня никто не спрашивает, и странным образом — это даже приятно. Словно я могу расслабиться и не принимать решения. Он берёт это на себя, как будто знает, что лучше. Это трогает что-то внутри, скрытое, женское.

— Знаешь, Вера, ты меня удивляешь. Обычно я сразу понимаю, с кем имею дело. А ты — переменчивая. Сегодня в лифте ты была совсем другой.

Я не знаю, как ответить. В бокале вино играет искрами, очень точно отражающими моё внутреннее состояние. Тепло. Легко. Чуть-чуть опасно.

— А ты не такой уж страшный, как кажется, — говорю с полуулыбкой, опуская взгляд. — Иногда даже почти приятный.

Он тихо смеётся. Этот смех глубокий, с лёгкой вибрацией. И почему-то проникает под кожу.

— Почти — ключевое слово. Ну ничего. У нас две недели впереди. Разберёмся.

Он наклоняется вперёд, чуть ближе, и его локоть касается скатерти рядом с моей рукой. Его взгляд вновь цепляется за мой, и мне приходится отвернуться — слишком близко, слишком интенсивно. И всё же приятно. Он не просто флиртует — он изучает, сканирует, будто хочет запомнить каждую мою реакцию.

— Устрицы придадут сил, — бросает он со скрытой усмешкой. — Говорят, они влияют на настроение.

— Смотря у кого какое настроение, — парирую, поднимая бровь.

Он усмехается, а официант аккуратно расставляет тарелки. Антон Маркович, ни на секунду не теряя контроль на ситуацией, наливает мне вино, легко коснувшись моей руки. Электрический разряд проходит от пальцев к плечу.

— Приятного аппетита, Вера. Сегодня можно не думать о работе.

— И вам приятного. После ужина вернёмся в номер, у нас же нет никаких планов?

— Собираешься сбежать? — Жигулин опасно понижает голос.

— Ничего такого не имела в виду. Вы, наверное, устали, и я не хочу мешать. Завтра придётся рано встать, надо как следует отдохнуть, — как можно более уверенно говорю, пытаясь продать ему идею о том, что нужно оставить меня и дать немного пространства.