Книга Холодные голоса, страница 50 – Татьяна Волчяк

Чуть поодаль зазвенел знакомый смех. Я обернулась и всмотрелась в солнечное марево. За столиком открытой чайной увидела знакомое зеленое платье. Ко мне лицом расположилась и болтала тростниковой трубочкой в бокале Климентия. Напротив нее, широко развернув плечи, сидел Канаш. Я улыбнулась. Захотелось подойти и поблагодарить Климу за зелье, но я остановила себя. Она постеснялась своей симпатии и сказала, что идет на встречу с сестрами. Смешная. Не буду мешать их зарождающимся чувствам.

Вдоволь нагулявшись, я направилась в академию. Несла тяжелые покупки, но была счастлива. Помимо сладостей для друзей приобрела разные сувениры, письменные принадлежности и многое другое. Защитная полоса академии уже не так пугала. Только, может, совсем чуть-чуть смущала полная тишина.

Вечером, дождавшись Климу, я устроила сладкий ужин. Близнецы тоже присоединились к нам. За серьезными разговорами и легкой болтовней мы поедали пирожные. Парни рассказывали, как тестировали форму и наткнулись на некроманта. Клима, представляя эту картину, хохотала не переставая. Вечер пролетел незаметно. Утомившись за день, я вытянула под столом и расслабила уставшие ноги, с умилением наблюдая за тем, как Канаш украдкой бросает взгляды на мою соседку.

Время полетело, ни на минуту не останавливая свой ход. Лето закончилось, полностью отдав власть осени. Все деревья, кроме золотого, сбросили листья. Первый месяц учебы завершился. Позади первые экзамены и отметки. Все эти дни я и не вспоминала, что чем-то отличаюсь от других. Холодные голоса, шум в голове, чужие эмоции, кажется, и вовсе никогда не имели ко мне отношения. Одна капля зелья, и нет уже той девушки, которая запирается в белой комнате. Нет той, которая не давала себе возможности быть счастливой.

Конечно, я не оставила поиски новых средств от недуга. После двойной порции пончиков я была прощена смотрителем библиотеки и могла беспрепятственно брать любые книги для чтения.

Канаш с Калтаном улучшали свойства своего костюма и еще не единожды просили меня его тестировать. Я не отказывалась.

Однажды Рей Сейторский попытался спросить у меня, какой вариант из предложенных им я выбрала, но близнецы вовремя вступились. После этого будущий родственник меня уже не донимал. К слову, того парня из библиотеки, Морана, я больше не встречала. Академия огромная, и мы могли просто не пересекаться. Странное и непонятное притяжение к нему постепенно иссякло.

Несколько раз я связывалась с отцом по пространственному зеркалу. Он рассказывал, как обстоят дела дома, уклончиво сообщая, что матушка успокоилась, а Матильда увлечена рассматриванием свадебных нарядов. Не единожды он интересовался, не передумала ли я насчет обучения в академии, не готова ли вернуться домой. После моего отрицательного ответа вздыхал и винил во всем упрямство рода Каллийских.

* * *

— Видела объявление на стенде? — отвлекла меня однажды Клима от работы над амулетом.

Гридис Грамм дал задание изготовить артефакт для остановки кровопотери. И вот уже третий час я корпела над переплетением нитей. Связывала металл и потоки энергии между собой, одновременно читая нужные слова закрепления. Нудная, монотонная работа требовала сосредоточенности и изрядно нервировала меня. В очередной раз потеряв связующую нить, я оттолкнула от себя кулон в форме слезы, являющийся основой амулета.