Книга Муза желаний, страница 59 – Татьяна Волчяк

— А что насчет их согласия? Вдруг будут против?

— Эти не будут. В противном случае Дарк Крим наречет их нежными феями. У боевиков с этим строго.

Ильгида помечала учеников, а я вносила их имена в вед-аналитик для будущего утверждения кандидатур ректором. Удобная вещь. Ведение учета под моей аурой давало возможность четко отслеживать необходимые данные: возраст, пол, факультет, курс. Вся информация закреплялась и строго хранилась только под моим надзором. Уже позже, когда последний претендент был выбран, к нам зашел Гилатер. Точнее, влетел, отчего тяжелая дубовая дверь с легкостью распахнулась и ударилась об угол стены. Я думала, оторвется.

Глава академии, одетый в темно-серое пальто, безумным взглядом осмотрел помещение и, кажется, с облегчением выдохнул, увидев меня. Поправил взъерошенные волосы, стряхнув с них снег. Снег? Я взглянула за окно, и действительно, мелкие снежинки не спеша, словно выбирая место для падения, опускались на плитку аллеи.

— Ты здесь, — подтвердил Гила сам себе.

Что его так взволновало? Синтер совсем выбил меня из колеи, а ведь я собиралась уезжать и секретарю об этом сказала. Я поерзала на стуле, поправила подол платья, стараясь не смотреть на Гилу.

— Зайди ко мне. Сейчас, — сказал он и вышел так же внезапно, как и появился.

Кому были сказаны эти слова, догадаться нетрудно. Ильгида, державшая в руке список студентов, отмерла.

— Что между вами происходит?

Кто бы знал, я бы спросила. Я чувствовала себя виноватой во всем. При этом, пока ничего не сделав, уже ощущала себя предательницей. Чтоб тебя, Синтер Слайвер, и твои коварные планы!

— Если не собираешься углублять ваши с ним отношения, лучше сразу скажи. Ему пришлось туго после смерти жены. Он с виду огромный и всезнающий, а на деле очень мягкий человек, — очень серьезно проговорила Ильгида.

Вот и добрая Тучка сверху вины добавила. Мягкий человек… Возможно, и соглашусь, потерять любимого ужасно. Демоница давно знает ректора и беспокоится о нем. А у меня горечь во рту. А как же я? Мне что делать? Как быть? Не сделаю, что хочет Синтер, и я в его власти. Снова травля, угрозы, заточение. Не показывая своего раздражения, я вышла из зала.

Иду словно на каторгу в предгорья Интарии, добывать драгоценные камни. Так и представила себя скрученной стражами, одетой в робу и с киркой в руках. Было бы легче, если бы Гила не целовал меня, если бы не смотрел так заботливо и нежно. Не окружил вниманием меня и сына. Тогда проще отстраниться и не считать себя последним штырем, сжирающим все, что ни попадет ему в зубы. Успокаиваю себя тем, что чем скорее узнаю о защите академии, тем быстрее избавлюсь от Синтера. Но в душе скребут надоедливые кошки и желание справедливости — не делай так, как не хочешь, чтобы поступали с тобой.

Опустив голову, я вошла в кабинет к Гилатеру. Он переоделся в свою неизменную красную мантию, надел очки и читал книгу. Потрепанная временем обложка и зачитанные страницы, к которым не раз прикасались, выглядели не очень свежими, а то и старыми.

— Тру сказала, ты собралась уезжать. Почему? — не отрывая глаз от книги, спросил он.

— Необходимость уже отпала, — ответила я, не колеблясь.

— Если так, тогда попрошу заблаговременно выделить на будущий год двадцать мест в общежитии для студентов из Маркены. Сделай пометку, чтобы тот, кто будет заниматься распределением в будущем, имел это ввиду. Фархад список предоставит ближе к лету. — Гила перевернул страницу, так и не посмотрев на меня.