Книга Истинная творца, страница 69 – Натали Нил

— Так и уйдёшь молча? — голос Лидана хриплый, надломленный.

Ливия замерла. Только смотрела на то, как медленно он выпрямляется, как разгибается его спина, плечи обретают тот самый разворот, как он поворачивается к ней.

— А ты дал мне право говорить? Дал мне право, хотя бы остаться рядом?

Он чуть нахмурился, но не сделал ни шага.

— Ты не дал нам шанса, когда я приходила, Лидан. Не впустил. Не взглянул. Я уж молчу, что ты впервые нарушил все свои обещания.

Сорвавшееся с губ имя царапнуло слух. Ливия давно не называла его. Чуть запнувшись, она сделала шаг вперёд и позволила себе рассмотреть бывшего истинного. Нет, пять лет – не срок для алланийца. Лидан почти не изменился. Изменились его глаза. Они стали… пустыми? Интересно, как сейчас выглядят её глаза для творца?

— Ты исчез. Полностью. Обрезал всё. И теперь... спрашиваешь, почему я ухожу молча? — голос Ливии, наполненный сарказмом, резал по живому.

Лидан сжал кулаки. Идеальные ногти впились в ладони, причиняя боль.

— Всё, что я делал, делал, чтобы тебе было лучше. Я всегда делал всё, чтобы тебе было лучше.

Он явно избегал называть её имя. Горькая усмешка искривила красивые, полные губы насыщенного, глубокого кораллового цвета.

— Ты решил всё за меня, Лидан. За нас. Как всегда.

Слёзы подступили к её синим глазам, и она подняла их тёмному небу.

— Ты забрал у меня даже право бороться за нас.

Из парадного зала дворца доносилась музыка, в небо взлетали фейерверки, нарушая великолепное лазерное шоу. Но этим двоим казалось, что сейчас они единственные во всей Вселенной и между ними звенела напряжённая тишина.

— Я думал, что даю тебе свободу. — голос Лидана зазвучал с хрипотцой, с какой-то новой глубиной. — Ты только и делала, что показывала, как мало я для тебя значу! Ты так мечтала стать свободной! Сбросить оковы истинности. Так в чём дело? В чём ты меня обвиняешь? Я снова дал тебе всё, что ты хотела!

— Я была ребёнком, Лидан! А ты не давал мне шанса рассмотреть тебя, как мужчину. — Ливия развела в стороны точёные руки. — Ты же, как Эмма, опекал меня. Иногда больше, чем родители! Чего ты хотел, когда почти лишил меня свободы с младенчества?

Ливия подняла брови и уставилась в лицо Лидана. Но он, сжав губы, упорно молчал, словно сдерживаясь, чтобы не наговорить лишнего. В его ледяном спокойствии появилась огромная брешь. Каждый вдох давался с усилием, словно воздух обжигал его изнутри. Тонкие ноздри трепетали.

Не дождавшись ответа, Ливия продолжила:

— Ты считаешь, что дал мне свободу? Нет. Ты дал мне одиночество. Пустоту. Ты дал мне боль на долгие пять лет. Вот здесь. — сжав руку в кулак, Ливия приложила его к груди. Губы дрогнули, но она продолжила: — Ты — не мой Лидан. Мой Лидан сказал: «Иди. Я за тобой. Я никогда не брошу тебя.» Я поверила и пошла. Я звала своего Лидана, но вернулся кто-то другой. Чужой. Ты не мой Лидан. Тебя я не знаю… и знать не хочу!

Выплюнув с болью последние слова, Ливия сделала шаг назад. Лидан с пронзительной ясностью понял, что это их последний разговор. Всё, что он себе придумал, было космической глупостью.

— Ливия...

Но она сделала ещё один шаг назад. Потом второй.

— Я нужна была тебе лишь из-за истинности. Из-за браслета ты сходил по мне с ума… Ты никогда не любил меня по-настоящему. — надломленный болью голос Ливии дрогнул, и она ещё отступила.