Книга Русалий ген: Таяна, страница 91 – Рита Аристова

— Ничего противозаконного! И ты такой зануда! Я же не виновата, что тот пятнистый захотел познакомиться. Я сказала ему «нет», но он такой настойчивый... — Казалось, она специально выводит меня на эмоции.

— И что же? Хочешь продолжить знакомство? Они как раз дожидаются на улице. Много-много пятнистых... — Смотрел я на перемены на лице озорной плутовки.

— Отдашь меня им? Как ты можешь? Я же твоя! — Разозлилась русалочка.

— Да? А что ж тебе дома не сиделось, моя? — Кажется, кто-то любит внимание.

— Я... Ты меня оставил одну и ушёл! А я что, должна сидеть и ждать тебя? Я же не собака какая, а девушка! И потом, ты такой холодный... — Обвиняла русалочка и для пущего эффекта стукнула меня кулачком. — Откуда я знаю, где ты был и с кем! Вот и прошлась немного. Точнее, прогулялась... Ну в общем, ты понял.

— Ты ревнуешь меня? — Уставился я на эту рыбку, которая не торопилась отвечать. — Тая, я с тобой говорю! — Мой Луна пахнет Марио, дожил! — Раздевайся. — Изумрудные глаза сверкнули и вовсе не зло.

— Мне обратиться? — Поинтересовалась рыбка.

— Хочешь с голым задом перед стаей сверкнуть? — Я всё ещё на неё злился. Дурочка, ведь могла неприятности на пятую точку найти. Пусть вокруг волки, но есть и пятнистые, да и потом, конфликт внутри стаи оставил неприятный осадочек.

— Зачем тогда просишь раздеться? — Надула она губы.

— Потому что пахнешь не собой, а волком. Не моим волком, Таяна. Я не потерплю неверности. Запру тебя в доме, и ты... — Девичья рука обхватила мою шею и притянула к своим губам. Поцелуй был пьянящим и не только от мартини. Тая вложила в него всю затаённую страсть.

— Он предлагал уехать с ним. — Сладкоголосо вещала русалочка.

— Кто?

— Кочевник. Сказал, что я красивая и нравлюсь ему. — Дразнила рыбка, говоря так, словно собиралась принять его предложение.

— Молчи, иначе я за себя не ручаюсь! — Волк требовал немедленно устранить конкурента и взять эту женщину здесь и сейчас. Останавливало только то, что это не Тая, то есть не моя малышка, что так робко краснеет от любого слишком откровенного слова.

— Где ты был, Ральф? — Требовала отчёта зеленоглазка.

— У Ниры с Уго. Хотел вернуть прежнюю тебя.

— Это просто.

— И как же?

— Если скажешь, что любишь, я подчинюсь. Но, скажешь искренне, так, чтобы я поверила. Не обмани меня, Ральф. — Русалка опьянела и покачивалась, ловя равновесие даже сидя.

— Я скажу эти слова той Тае, которую знаю и люблю.

— А как же я? Ведь мы с ней — одно. Меня ты не любишь?

— Ты хотела утопить меня, помнишь?

— Но не утопила же.

— Мне поблагодарить?

— Есть разные способы благодарности. — Взмахнула она ресницами. — Ты заставил меня усомниться.

— В чём?

— В твоих чувствах. Русалья душа находит покой, когда ей признаются в любви. Несколько слов, сказанных от сердца к сердцу, скажи их, и я отдам ей контроль. Но не надейся, что я исчезну. Как твой волк — часть тебя, я всегда буду частью Таяны. Ты должен любить нас обеих. Мы ведь полюбили твоего волка. — Упрекала, покачивая хвостом русалочка. — Ну что ты медлишь? Когда Тая всё вспомнит, ей будет о чём подумать: например, о том, как ты сомневался. Нерешительный Альфа. Кажется, мы прогадали, надо было остаться на дне морском. — Посмотрев на меня с вызовом, русалка схватила бокал, а я её руку.