Книга Крючок для феномена, страница 69 – Николай Леонов, Алексей Макеев

Цыпараев удивленно взглянул на своего непонятного гостя, согласно кивнул и направился к выходу. Они спустились по лестнице и вышли во двор.

— Станислав Васильевич, к чему эти все сложности и хождение из угла в угол? — торопливым шепотом спросил академик. — К тому же нас с вами в том домике подслушать будет еще проще.

— Вот на это я и рассчитываю, — столь же тихо ответил на это Крячко, сохраняя на лице многозначительное всезнающее выражение.

Они вошли в уютно обставленный гостевой домик, где могли остановиться его визитеры в летнее время.

Войдя в помещение, Станислав громко произнес, как бы продолжая разговор:

— Теперь вы, Андрей Климович, все знаете. Я назвал имя человека, который причинил вам столько неприятностей. Нам с вами нужно определиться, как мы с ним поступим. Я работник органов внутренних дел, сыщик. Поэтому, разумеется, буду ставить вопрос о привлечении его к уголовной ответственности. Причем к очень строгой! Да, он вам не безразличен. Надо думать, вы его искренне жалеете, но это не тот случай, когда должно доминировать именно это чувство. Ни в коем случае! Если его оставить безнаказанным, то он — я в этом уверен! — вновь нанесет вам удар. Что думаете по этому поводу? — На этой вот гневной ноте Крячко закончил свой спич и подмигнул академику.

Тот понимающе кивнул и проговорил со скорбными нотками в голосе:

— Да, эта новость для меня просто шок! Станислав Васильевич, вы меня поставили перед невероятно трудным выбором. У меня сердце кровью обливается при одной лишь мысли о том, чем все это может закончиться.

Пока он произносил все эти обтекаемые фразы, Стас быстро снял туфли, в одних лишь носках совершенно бесшумно подошел к двери и резко ее распахнул. Он быстро шагнул через порог в сени, схватил внука академика, таившегося у самой створки, и затащил его в помещение.

Цыпараев застыл, как изваяние, на какое-то время утратил дар речи.

— Вот вам, Андрей Климович, и злоумышленник, ваш внучок Кирилл! — без намека на злорадство или торжество, довольно спокойно сказал Крячко. — Ну, Кирюша, рассказывай, как ты докатился до жизни такой. Чем тебе дед не угодил? За что ты его так?

Тинейджер, покрасневший до корней волос, оправился от первого шока, попытался вырваться и возмущенно выпалил:

— Отпусти меня! С чего ты взял, что это я писал дедушке всякие гадости?

— Кирилл, я понял это сразу же, как только вошел в ваш дом, — заявил Станислав, выпустил его руку и снисходительно усмехнулся. — У тебя одного на лице была написана боязнь разоблачения. Еще я знаю, что эту неумную аферу ты затеял на пару с каким-то своим приятелем. Он писал тебе тексты писем, ты их распечатывал на принтере и подбрасывал деду. Деньги вам понадобились на какой-то грандиозный проект. Я прав?

— Кирилл, вы с Вениамином и в самом деле что-то затеяли? — немного придя в себя, горестным голосом спросил академик.

Мальчишка немного помолчал, злым волчонком глянул на Крячко и отрывисто проговорил:

— Да! Мы с Венькой хотим уехать в Америку, чтобы жить в великой стране, где, в отличие от этой немытой Рашки, можно достичь любых высот! Да, нам нужны были деньги, чтобы можно было организовать там космический стартап. Я хочу стать вторым Илоном Маском. Так и будет!

— Юноша, ты где и когда этой дури-то набрался? — осведомился Станислав. — Неужели ты всерьез считаешь, что, не имея паспорта, подозреваю, не зная как следует английского языка, не умея даже жарить яичницу, сможешь стать покорителем Америки? За что же ты так не любишь Россию? Ты же не нищий, имеешь все, что желаешь, никем не унижен, не обижен. Откуда это в тебе?