Книга Крючок для феномена, страница 6 – Николай Леонов, Алексей Макеев

Станислав Васильевич измерил его пронизывающим взглядом и с хищной улыбкой негромко, но очень жестко проговорил:

— Ты, я вижу, жалеешь о том, что не убил меня и этого мальчонку, которого взял в заложники. Да? Верно? Конечно, так оно и есть. Ты же знаешь, что высшей меры сейчас у нас нет, а пожизненное, по твоему мнению, это почти как курорт. Я прав? Знаешь ли, хочу тебя разочаровать. Если бы ты убил этого мальчика, то завтрашний день уже не встретил бы. Ты издох бы сегодня, умирал бы долго и мучительно. Ты даже не подозреваешь, как должен быть благодарен Льву Ивановичу за то, что он вовремя тебя вырубил. Ты избавился от такого счастья, которое и в кошмаре никому не привидится. Понял? — Стас взглянул прямо в зрачки преступника, и тот невольно отшатнулся от него.

— Ты не посмел бы! Это противозаконно! — с апломбом выпалил он.

Ответом ему стал дружный, саркастичный смех оперов, отчего у него по спине вдруг загулял какой-то неприятный, прямо-таки потусторонний холодок.

— Говоришь, противозаконно? — с убийственной иронией уточнил Гуров. — Стало быть, в отношении тебя законы должны соблюдаться, а вот ты их в отношении всех прочих людей выполнять не обязан?

Похоже, только теперь до мерзавца, начавшего трезветь, стало доходить, сколь хрупка его жизнь и каким несчастливым может быть ее конец.

— Ты, наверное, думаешь, что твое задержание — это конец твоих приключений, не так ли? — проговорил Станислав. — Нет, голубчик! Это только их начало. Я сделаю все возможное, чтобы каждый твой день на зоне был предельно веселым и очень содержательным.

В этот момент в проезд между гаражами зарулил полицейский луноход, предназначенный для перевозки арестантов.

Опера отправили скисшего подонка в СИЗО и зашагали к жилому массиву. Им надо было найти Гену Переплюя и Витю Букваря.

Было это вчера. После всех этих давешних незапланированных кроссов и прыжков с высоты некоторые мышцы и связки ощутимо побаливали. Вот из-за этого-то Лев Иванович, скорее всего, и проспал.

Но это был не единственный косяк наступившего утра. Когда после разминки и холодного душа Гуров разогревал себе завтрак, он едва не уронил на пол горячую сковороду с бифштексами, шипящими и урчащими на ней. Потом, уже по дороге в главк, в его «Пежо» едва не врезался какой-то идиот, кативший на весьма рисковой скорости. Тут-то полковник и понял, что нынешний день будет нисколько не ординарным, ни разу не скучным. Внутреннее чутье его не обмануло.

Прибыв в главк и войдя в их общий со Стасом кабинет, сыщик с порога услышал трель телефона внутренней связи.

Орлов откашлялся, поздоровался с ним и поговорил несколько сбивчиво и отрывисто:

— Лева, привет! Что-то ты сегодня не как всегда. Я тебе уже третий раз звоню и никак не могу дождаться ответа. Давай быстренько дуй ко мне. Стаса, если он уже на месте, тоже тащи сюда.

В этот самый момент дверь распахнулась, и на пороге появился Станислав Крячко со своей неизменно оптимистичной, очень даже жизнерадостной улыбкой.

— Он уже на месте, — сказал Гуров и характерным жестом незабвенного Леонида Ильича ответил на приветствие Стаса, воздевшего левый кулак. — Все, Петр, сейчас будем. Пошли, бесценный ты наш радетель столичной демографии. Нас ждет любимый руководитель.

— Радетель, — едковато повторил за ним Крячко. — Вчера вечером, между прочим, я был дома, причем один.