Книга Искатель, 2008 № 01, страница 9 – Журнал «Искатель», Песах Амнуэль, Ирина Агапова, и др.

— Обслужила? — угрюмо спросил Рябинин.

— Она шиза в натуре! Только обнял, так она сперва дернула меня за бородку, а потом полоснула чем-то по шее, выскочила и смылась.

— В чем же дело?

— Наркоша или граммов пятьсот вдела.

В капитане проснулся оперативник. Он достал блокнот:

— Опиши ее внешность.

— Высокая, худющая, волосы вразнос, как у ведьмы, только светло-зеленая длинная куртка…

— А лицо?

— Не разглядел.

Лицо девицы его не интересовало — не затем приехал. Капитан видел, что больше информации не получить. Рябинин же считал, что любой человек знает больше, чем сам об этом думает. Только эту информацию надо выжимать.

— Довескин, ты сказал, что она вдела граммов пятьсот… От нее пахло спиртным?

— Нет, не спиртным.

— А чем же?

— Вроде бы свежей землей или болотцем.

— Так, еще что подметил?

— Вам же факты нужны, а не глюки…

— И глюки тоже.

— Когда она влезла в машину, я попробовал ее обнять. А меня как отшило. На улице около двадцати тепла. А ее тело как из холодильника. Мороженая рыба. Ну, тут она дернула за бороду и по шее…

— Сначала за бороду или сперва по шее? — уточнил Рябинин на удивление капитану: зачем это знать?

Под диктовку врача следователь описал в протоколе рану потерпевшего, добился от него связного рассказа и напоследок похвалил:

— Молодец, Довескин: дал существенную примету убийцы.

— Какую? — удивился парень.

— Как же: заморожена…

Уже в машине Рябинин сообщил оперу:

— Игорь, эту девицу ты отыщешь легко по примете.

— По холодному телу? — засмеялся капитан.

— Перед тем как наброситься на мужчину, она их дергает за бороду.

Телесериалы убедили народ, что главное в борьбе с преступностью — это рукопашка, пистолет и наручники. И выпивка в конце успешной операции.

Капитан понимал режиссеров: положить автоматной очередью человек пять, завалить бандита ножом, приемом сломать ему шею — это смотрится. Злило, что подобные кровавики нравились не только подросткам, но и бабулям, у которых из-за сериалов на плите все подгорало и убегало. Люди мгновенно скучнели, стоило им услышать, что информация — хлеб уголовного розыска. Он и сейчас приехал за ней, за информацией.

Палладьев встал метрах в двадцати от входа в «Мыльницу». Вырубил двигатель, приоткрыл дверцу и начал ждать. Как рыбак, забросивший удочку. Окна кафе светились туманно: или подзанавесили, или запотели от посетителей.

Рыбка, то есть девица, почему-то выплыла из-за угла кафе. Не дойдя метров четырех, замерла и дальше идти явно передумала — узнала автомобиль. Капитан открыл дверцу пошире и мигнул фарами. Девушка приблизилась нехотя и уж совсем через силу присела рядом с капитаном. Он поздоровался:

— Здравствуй, Томик.

— Штраф я уже заплатила, — ответила она раздраженно.

— А я по другому вопросу.

Теперь за проституцию наказывали лишь административно. Как правило, штрафом. И то: со своим телом что хочу, то и делаю. Но все-таки путаны милиции опасались.

— Тома, как заработки?

— Какие на этой трассе! Надо переходить на финскую.

Она умолкла с напряженным недоумением. Прицепиться можно к любой проститутке: клиента обокрала, притон содержит, болезнью заразила…

— Капитан, наркотой мы не промышляем.

— Знаю.

— И водкой не торгуем.

— Тоже мне известно.

— Тогда какого хрена в машину заманил?

— А людских отношений не допускаешь?