Книга Искатель, 2008 № 06, страница 84 – Журнал «Искатель», Сергей Юдин, Юрий Кемист, и др.

Это, кстати, является «историко-физическим» обоснованием для зарождавшейся эвереттической астрологии. Название этой новой дисциплины было связано с «классической астрологией» тем, что в обоих случаях предметом ее интереса была связь явлений астрономических и гуманитарно-исторических. Но по сути их интересовали разные вещи — «классическая астрология» искала причинные влияния первых на вторые, а эвереттическая астрология — проявления изоморфизма.

До сих пор она была далека от круга Мотиных интересов, да и сама, как наука, находилась пока в стадии «утробного развития», не сказав еще даже первого внятного своего «Агу!..». (Что-то совсем зачаточное было у Юнга, но физика в те времена высокомерно не обратила на это внимания).

Но так получилось, что однажды, из-за начавшего моросить дождика, Мотя отменил намеченную прогулку с девочками к роднику, и целый вечер писал статью, в которой предлагал рассмотреть структуру греческой мифологии с точки зрения эвереттической астрологии и попытаться найти конкретные «коды-гены» на примере какого-то определенного мифологического сюжета. Статью он разместил в Интернете и, честно говоря, быстро забыл об этой своей идее.

Все его мысли снова вернулись к Кате. Он почувствовал, что теперь должен принять важное решение.

И вот именно тогда, когда Мотя, наконец, обрел новый душевный строй, в котором Катя стала устойчивым символом и наградой за успехи в его постижении себя и мира, и когда он был готов продолжить столь рискованно-стремительно начавшееся между ними сближение в надежде достичь гармонии не только духовной, но и телесной, судьба поставила его перед новым выбором.

Мотя получил предложение из американского Юго-Западного исследовательского института (SwRI, г. Боулдер, Колорадо) от доктора Алана Стерна приехать к нему и поработать «над заявленной мистером Мордехаем Вануну проблемой эвереттической астрологии».

Доктора Стерна она очень заинтересовала в связи с его собственными исследовательскими проектами, которые финансировались НАСА.

Размышляя над этим совершенно неожиданным предложением, Мотя и представить себе не мог, насколько важным является его выбор — согласиться или отклонить предложение Стерна — и для его собственной судьбы, и для судьбы эвереттической астрологии, которой он случайно посвятил один дождливый вечер, написав и разместив в Сети ту небольшую статью...

Размышляя о полученном предложении, Мотя сначала хотел решительно отказаться. Поблагодарить, конечно, это для него большая честь, но ни юридически, ни по сути претендовать на работу в НАСА Мотя не мог. Юридически потому, что в моливосском приюте он отработал только половину срока — один из двух семестров стажировки. А по сути — какой из него исследователь в области эверетгической астрологии, когда он даже квантовую историю толком никогда не изучал!

Да и как он посмотрел бы в глаза Доркону, который был столь приветлив к нему, и как он мог оставить «своих козочек», уже привыкших к ежедневным встречам с ним и ждущих от него новых рассказов и новых походов! И, самое главное, как он оставил бы Катю, возвращение к общению с которой стало теперь целью его жизни?