Онлайн книга «Искатель, 2008 № 05»
|
— Хорошая квартира? — Отличная. Скажи спасибо папаше. Кстати, денег тогда не хватало, так мне Шура, в смысле Бородулин, устроил классную ссуду в банке. Долг я вернул в срок, Шуру отблагодарил, как полагается. Это на всякий случай сообщаю. — Володя, так ты просто обязан помочь и моему отцу, на которого льют помои в связи с гибелью твоего друга, и мне, потому что я хочу найти убийцу человека, который тебе помог. — Ну ладно, приезжай. Я, правда, уже все сказал следователю, но раз ты Корнилов... Короче, приезжай. Сырника не нужно было уговаривать. Борьку отправили домой, в клетку, хотя малыш отчаянно сопротивлялся. Видимо, наслушался наших разговоров и тоже захотел узнать что-то новое по этому делу. Но я пообещал, что, как только вернусь, все расскажу ему. Жилой комплекс «Эльдорадо» поразил меня своим великолепием — три кирпичные башни, огороженные высоким металлическим забором. У входа — охрана. А на территории — подземные гаражи, спортивный комплекс с бассейном, супермаркет, кинотеатр. Про детские площадки и говорить не стоит — парк Горького в миниатюре! Словом, оазис западного благополучия в городе Москве. Я, грешным делом, подумал, почему же отец мне скромную квартирку не выделил в этом оазисе? Но потом сообразил, что за все это великолепие люди платят не меньше тысячи баксов в месяц, подсчитал расходы и чуть не прослезился, ибо понял, что отец, как всегда, был прав. За квартиру я плачу тысячу рублей, остальные тринадцать тысяч (из той тысячи баксов, которую должен был бы отдавать каждый месяц за житье в оазисе) могу спокойно тратить на шампанское и все такое. Охранник сверил наши паспорта со своими записями в журнале и пропустил нас. После этого я понял еще одну выгоду житья в Крылатском — никто не записывает в журнал фамилии девушек, приходящих ко мне, и значит, никто из них не может уличить меня в неверности документально. Сейчас, правда, Лена пыталась это сделать, но это же случайность. Нет, прав был отец, что не поселил меня в этом оазисе! Пока я подъезжал к дому номер два, Сырник мрачно оглядывал символ благополучия современной России. По выражению его лица я понял, что главной мечтой напарника было получить приказ на штурм и уничтожение этого гнезда коррупционеров и взяточников. Уж он-то в составе отряда ОМОНа показал бы им «красивую жизнь»! — Козлы! — наконец-то выразил он свое отношение к окружающей действительности. — Будешь хорошо работать — сможешь так жить, — сказал я. Сырник посмотрел на меня, как на сумасшедшего, и ничего не сказал, только презрительно хмыкнул. Поэтому я оставил его в машине, а то ляпнет такое, что Войтюков расхочет беседовать с нами. Вежливая консьержка еще раз сверила данные моего паспорта с записью в журнале, показала путь к лифту. В подъезде были фикусы и пальмы, вдоль стен вились лианы — оранжерея, да и только. И, конечно, никаких надписей на стенах, а кабина лифта была чистой и с зеркалами. Войтюков оказался примерно моим ровесником — парень лет тридцати, в черных джинсах, черном свитере и очках. Живут же сверстники, черт возьми! Но это так, к слову пришлось. По правде, я ему не завидовал. — Проходи, Андрей, мы на «ты», да? Вот сюда, на кухню. Хорошие квартиры построил твой отец, я ничуть не жалею, что купил эту. И Шуре спасибо, ты прав. |