Онлайн книга «Искатель, 2008 № 05»
|
— Не мешай ему! — приказал отец. Да, он всегда был диктатором. Домой я вернулся около девяти, там все было нормально, малыш, как всегда, ждал меня с нетерпением. Сырник не звонил, а может, и звонил, да меня дома не было. Есть не хотелось, во рту еще ощущался вкус красной икры, которую я — ложками! Сел за стол, Борька тут же забрался по джинсам на колени, а потом и на стол. Ну не мог этот малыш гулять сам по себе. За то и любил я его. Однако подумать в тишине не удалось — зазвонил телефон. — Андрей Владимирович, — сказал испуганный женский голос. — Це я, Олэся. Треба поговориты с вами. Я не сразу сообразил, что за Олеся хочет поговорить со мной, а когда понял, сказал: — Ты где, Олеся? — Та у метро «Крылатское», у меня ж адреса вашего нема... Девушка явно волновалась и говорила с сильным украинским акцентом, чего прежде за ней не замечалось. — Олеся, жди меня в метро, у головного вагона из центра. Никуда не выходи, ни с кем не разговаривай, я сейчас подъеду, найду тебя, — приказал я. Посмотрел на Борьку, он сидел на столе перед чистым листом бумаги, на котором я ничего не успел нарисовать. Наверное, удивлялся, что лист как был чисто-белым, так и остался. — Ладно, — сказал я, — гуляй пока в комнате, но смотри мне! Погрызешь что-то нужное — накажу. Понял? Все, мне пора. По правде сказать, я никогда не наказывал малыша и не собирался. Но сказать-то надо было. Я мог бы и пешком дойти за пять минут, но взял со стоянки машину, а вдруг девушку потом нужно будет доставить в общежитие? Олеся ждала меня на платформе, там, где я и просил ее быть. В кожаной куртке и черной норковой шапке, из-под которой выбивались рыжие волосы, она была очень даже ничего. Да и макияж не забыла сделать. Приятно, что даже в минуты смятения девушка видит в тебе прежде всего мужчину, а уж потом кого-то еще. Она подбежала, вцепилась в мой локоть, затараторила: — Андрей Владимирович, я боюсь, потому шо все это ужасно, а сказать ничого не можно було... — Пожалуйста, не так быстро, — сказал я. — Успокойся, со мной ты в безопасности. Я привел ее к своей машине, открыл дверцу, усадил на переднее сиденье, сам сел за руль. — Рассказывай. — Вот прямо тут? Велик был соблазн отвезти ее домой и там поговорить. И узнал бы я больше, и ночью не чувствовал бы себя одиноким. Но я «наступил на горло собственной песне». Дело было странное, до сих пор непонятное, а девушка — свидетель... Нельзя. — Найду убийцу, поговорим в более приятной обстановке, — обнадежил я девушку. — Так чего ты боишься или кого? Она с огорчением вздохнула — похоже, все-таки надеялась не возвращаться в общежитие. Там, наверное, скучно и грустно. — Та бригадира нашего, Ковальчука. — Почему? — Та потому, шо он же ш с Танькой трахался, специально поселил ее одну. А у него есть жена, в Запорожье осталася, но он даже не говорил, шо бросить ее. Ну, об этом я догадывался. Не зря же покойная Таня жила отдельно, хотя в однокомнатной квартире запросто можно было и три койки поставить, всех девчонок вместе поселить. — Тебя он тоже соблазнил? — спросил я. — Ну а как же ш? — просто сказала Олеся. — По-другому к нему в бригаду не попасть. Фирма хорошая, пла-тють хорошо, а Ковальчук — бригадир. Как скажеть, так и будеть. — Ну и что тут страшного, Олеся? Я, конечно, могу попросить отца выгнать Ковальчука, но такими вопросами не занимаюсь. Ты-то чего боишься? |