Книга Тайна из тайн, страница 103 – Дэн Браун

На несколько секунд его сознание помутнело, в ушах звенело, мышцы не слушались. Приходя в себя, он представил, что кто-то вышел из кухонного чулана и ударил его электрошокером.

Что случилось с Сашей и Лэнгдоном?!

— Са… ша! — попытался крикнуть он, но голос почти не слушался.

— Саша тебя не услышит, — раздался сверху глухой, низкий голос. — Там, где она сейчас, звуки не долетают.

Нет. Прежде чем Харрис успел перевернуться и увидеть нападавшего, он почувствовал, как электроды ударяют в основание черепа.

Горячая волна боли — и мир погрузился в темноту.

Голем склонился над обездвиженным телом Майкла Харриса, лежавшего лицом вниз на деревянном полу. Разряд электрошокера Vipertek вырубил его. Оседлав мощное тело, Голем присел, достал тяжелый пластиковый пакет, найденный в чулане, и натянул его на голову Харрису. Туго закрутив пакет вокруг шеи, он перекрыл жертве кислород.

Спустя три минуты Голем ослабил хватку.

Он почти не мучился.

Саша оценила бы это. Голем запер ее и намеревался держать взаперти, пока не будет готов к финальному шагу.

Теперь, поднимаясь, он почувствовал, как Эфир сгущается, как часто бывало после значительных усилий. Он быстро достал металлический жезл, который носил с собой всегда.

— Не сейчас, — прошептал он, проводя жезлом по макушке. Не сейчас.

Эфиру придется подождать. В этом миреостались дела. Оставив тело на полу, Голем выбросил пакет в мусорное ведро и подошел к маленькому столику в коридоре, где сел писать.

Единственной бумагой оказался листок с бланка Саши, украшенный котятами. Тем не менее, он написал короткое письмо и запечатал его в соответствующий конверт.

На конверте он размашисто вывел: начальнику Майкла Харриса.

Послу США Хайде Нагель.

Перед уходом Голем бросил конверт на безжизненное тело дипломата. Затем, оставив дверь квартиры Саши незапертой, он отправился домой.

Оставшись один на вершине Петршинской башни, Лэнгдон ухватился за перила смотровой площадки, пока холодный ветер хлестал по платформе. Хотя его взгляд был устремлен на город, припорошенный снегом, в воображении он видел не Прагу, а снимок, который Кэтрин прислала ему по электронной почте утром. Для Лэнгдона «эйдетическое» воспоминание было неотличимо от реального объекта. Его эйдетическая память позволяла точно и полностью воспроизводить зрительные образы, чье название происходило от греческого слова eidos,означающего «видимую форму».

Лэнгдон размышлял над изображением, которое она отправила — похоже, это был скриншот с ее телефона. На экране был загадочный набор из семи светящихся символов.

Лэнгдон сразу узнал древний язык, но не мог понять, при чем тут телефон Кэтрин. Она прислала мне что-то на… енохианском?

Енохианский, часто называемый «ангельским языком», был «открыт» здесь, в Праге, в 1583 году двумя английскими мистиками, Джоном Ди и его партнером Эдвардом Келли. Предполагалось, что на этом языке медиумы могли общаться с духами и получать «мудрость из иного мира».

Единственная причина, по которой Кэтрин знала о его существовании, заключалась в том, что Лэнгдон рассказал ей об этом всего вчера. Гуляя по городу, они увидели афишу выставки под названием Делаем золото и меняемся женами, украшенную енохианскими символами. Кэтрин поинтересовалась, что означают эти знаки, и он поведал темную историю об увлечении Ди и Келли алхимией, обменом женами и общением с ангелами на их собственном таинственном языке — енохианском, наречии мира духов.