Книга Патруль 7, страница 120 – Макс Гудвин

В наушниках зашипело, потом пробился голос. Молодой, нервный, с одышкой.

— «Гром-1»! Командир, приём!

Тишина была ему ответом.

— «Гром-1»⁈..

— Молчи, — ответил ему другой. Спокойный, с хрипотцой. — Командира больше нет. «Гром-6»? «Гром-4», доложите обстановку. Я «Гром-3»!

— Я «Гром-6», «Гром-4» был в левой клешне, — прозвучал ровный, безэмоциональный голос. — Слышал стрекотание за позицией противника. Иду на звук. У вас как дела?

— Я у вертушки, тут два спящих пилота, — чуть с ленцой отозвался хриплый голос, видимо он принял на себя командование, некий «Гром-3». — Это их третий шалит.

— Вас понял, — отозвался «Гром-6». — «Гром-8», ты на позиции?

— На позиции. Сопку контролирую. С высоты пока ничего не вижу, — проговорил ещё кто-то, кто носил позывной «Гром-8».

С-сука, ну используйте вы просто цифры или позывные, или клички, а то от этого «Грома» уши в трубочку сворачиваются.

А тем временем рация продолжала говорить:

— Добро. «Гром-4», «Гром-5» — зачищаете склон. «Гром-6» постоянно докладывай! «Гром-8» прикрываешь, — распорядился «Гром-3».

— Принял, — ответил «Гром-6».

— Принял, — лениво отозвался «Гром-8».

Я слушал, не дыша, повернувшись в сторону правой клешни.

— «Гром-4» и «Гром-5» — третьему? «Гром-4», «Гром-5», Гром- третьему⁈ — разрывался разведчик, принявший командование на себя.

— «Гром-6» и «Гром-7», аккуратнее там, походу спят, парни.

Я посмотрел на тела, на которых лежал. Они были тёплыми. Кровь ещё не застыла, пар валил от кровавых пятен на шее и продырявленной броне. В этот момент вдалеке, со стороны правой клешни, мелькнуло движение. Вдалеке мелькнули тени. Двое. Они двигались осторожно, перебежками, прикрывая друг друга. «Гром-6» и «Гром-7». Правая клешня — как она есть.

И я подтянул к себе трофейный АК-105, снаряжая подствольный гранатомёт ГП-25.

Расстояние было метров сто пятьдесят.

Я прицелился. Взял упреждение на ветер. И нажал на спуск.

Граната ушла в полёт. Секунда. Другая. Вспышка. Дым. Земля взметнулась фонтаном в стороне правой клешни.

Но я промахнулся — граната рванула в десяти метрах от них. Но эффект был. Они залегли. Я видел, как один из них — тот, что был слева, — отполз за дерево.

Но я уже перезаряжал подствольник. И вот уже вторая граната пошла искать крови.

Попадание ближе. Метрах в пяти от предполагаемого укрытия противника. Земля, камни, дым.

Третья граната полетела, учитывая все последующие.

И за деревом, где лежал один из них, кого-то разметало.

И тут в наушнике шлема закричали:

— «Гром-6», я «Гром-3». Доложи обстановку.

Я не ответил, а послал ещё одну гранату в цель, а потом ещё одну и ещё. И замер, прислушиваясь.

— «Гром-6», мать твою! Ты там живой? — повторила рация.

— Живой, — ответил я за него. И сам не узнал свой голос. Он был чужим. Хриплым. Таким же, как у того, кого звали шестым. — Походу, их третий уснул.

Перед глазами мелькнуло лицо Сорокового. Широко улыбался. А голос казался устойчивым, словно я всю жизнь говорил им.

— Хорошо, — ответил «Гром-3». — Подойди, у него должен быть прибор. Что-то типа сотового, на мыльницу похож, с кабелями. Посмотри электронику и тащи сюда. И что там с «Гром-4» и «Гром-5»?

Я посмотрел на трупы под собой.

— 4-й и 5-й спят, — выдохнул я голосом шестого.

— Понял. Иди сюда. У нас «Гром-2» тоже плох. Может уснуть.