Книга Месть. Идеальный сценарий, страница 47 – Лея Вестова

Элеонора, запертая в своем роскошном особняке, который стал для нее золотой клеткой, тоже читала новости. Она была умна. Она прекрасно понимала правила игры в этом жестоком мире. Корчагин, чтобы спасти себя, будет топить всех, кто слишком много знает. Она была следующим расходным материалом. Ненужным свидетелем, которого проще и дешевле убрать, чем защищать.

Ею овладел животный, первобытный страх за собственную жизнь. И, как загнанная в угол крыса, она сделала единственный возможный ход, чтобы спастись. Она решила предать всех, чтобы стать ценным свидетелем для государства.

Звонок от следователя застал Анну Петрову поздно вечером.

— Анна Владимировна, у нас тут… неожиданный поворот, — голос следователя был удивленным. — Адвокат гражданки Яковлевой только что связался с нами. Его клиентка готова дать полные признательные показания по делу об убийстве Игоря Гордеева и по всем финансовым махинациям. Она готова пойти на досудебное соглашение о сотрудничестве.

Анна присутствовала на ее допросе в качестве моего представителя. Позже она пересказала мне его содержание. Элеонора, лишенная своего лоска, своей брони из дорогих нарядов и высокомерия, была жалкой, напуганной женщиной. И она рассказала все.

Она говорила несколько часов подряд, выкладывая следователю всю грязную изнанку их преступлений. Как Корчагин впервые вышел на Вячеслава, играя на его тщеславии. Как они вместе годами выстраивали схемы по выводу денег. Как, узнав о расследовании моего отца, Корчагин отдал короткий приказ: «Проблему нужно решать кардинально».

Она рассказала про врача, Евгения Сомова. Как люди Вячеслава раскопали историю с его сыном, сбившим насмерть человека. Как они пришли к уважаемому профессору и положили на стол выбор: либо его сын садится в тюрьму на десять лет, либо он «слегка корректирует» лечение Игоря Гордеева. Она назвала препарат. Редкое лекарство, которое, в сочетании с основными сердечными препаратами моего отца, вызывало неконтролируемую аритмию, приводящую к остановке сердца. Приступ, который невозможно отличить от естественного. Она призналась, что в то роковое утро лично проследила, чтобы отец принял «правильную» таблетку.

Она рассказала, как они планировали мою подставу, как Петр Михайлович нашел Зайцева, как они подсыпали мне наркотик. Она не щадила никого, вываливая на стол следователя тонны грязи, спасая только себя, выставляя себя вечной жертвой манипуляций жестоких мужчин.

Вечером мы снова собрались втроем. Анна была спокойна и сосредоточена.

— Итак, подведем итоги, — сказала она, словно зачитывая отчет. — Что мы имеем на сегодняшний день? Пункт первый: полное, записанное на диктофон признание непосредственного исполнителя подставы, Антона Зайцева. Пункт второй: детальные финансовые документы, доказывающие преступный сговор и мотив, подкрепленные личным расследованием Игоря Гордеева. Пункт третий: аудиозапись с фактическим признанием в организации убийства от ключевых помощников главного заказчика, Вадима Корчагина. И, наконец, вишенка на торте. Пункт четвертый: полная, исчерпывающая, официальная исповедь главной соучастницы убийства, Элеоноры Яковлевой, с именами, датами и названиями препаратов.

Она сделала паузу и посмотрела на нас.

— Круг замкнулся. У нас есть абсолютно все. Их защита рассыпалась в пыль. Это конец.