Книга Песчинка на ветру, страница 148 – Юлия Гойгель

— Ты права. Джамиля не смогла смириться с ребёнком от Арслана, хотя ребёнок и был зачат в законном браке. Более того, Арслан прекрасно понял, что она уже не девушка, но не упрекнул её в этом. Думаю, что и супружескими обязанностями он её не донимал. После встречи с тобой он понимал, что, беря женщину против её воли, он в каком-то смысле также берёт и тебя. Джамиля не покончила с собой. Таблетками она пыталась избавиться от ребёнка. Но она сильно увеличила дозировку, так как срок был больше допустимого и никакой врач не стал бы брать на себя подобную ответственность. Понятно, что Джамиля достала препарат тайно и выпила, назначив дозу себе сама. Она умерла от острого и сильного кровотечения буквально за десять минут. Я решил, что Арслану не обязательно знать всю правду. Он не виноват в том, что произошло. Ведь именно я настоял на этом, по сути, никому не нужном браке.

Я киваю, получив подтверждение собственным подозрениям.

— Как она? — более мягко спрашивает Саид.

— Если вы о ребёнке, то с ним всё хорошо. Если о Лоре, то я не знаю. Она не жалуется, но вы сами должны понимать, что она на грани. Нет пытки сильнее неизвестности. Лора — не истеричная девочка, но всему есть предел. Да и для ребёнка, конечно, такое состояние не полезно.

Дверь тихо приоткрывается, заставляя меня прерваться. В комнату заходит Настёна и, с опаской глядя на Саида, прижимается ко мне.

— Почему у нас столько военных с автоматами, — шепчет мне на ухо девочка. — Что-то с мамой случилось?

— Ничего не случилось, — пытаюсь я успокоить ребёнка, придав голосу как можно больше бодрости. — Ты же помнишь дядю Саида? Мы у него гостили, теперь он решил приехать к нам, посмотреть, как мы здесь устроились.

— В гости с оружием не ходят, — справедливо замечает ребёнок.

Но Саида цепляет другая фраза, сказанная девочкой.

— Настя, а почему ты подумала, что с мамой что-то может случиться? — как можно ласковее спрашивает он.

— Потому что она дома плачет из-за вас каждую ночь, когда думает, что я сплю, — честно отвечает не привыкший к обману ребёнок. — Моя мама никогда раньше не плакала. Она даже разговаривать перестала! Я её иногда спрашиваю, а она словно не слышит.

— А почему ты решила, что это из-за меня? — заходит Саид с другой стороны. Он ещё что-то хочет добавить, но останавливается, понимая, что ребёнок и так загружен совсем не нужной для его возраста информацией.

— Я видела, как она разговаривала с вами по телефону. Она очень сильно боялась сказать что-то не то. Вы её за что-то отругали? — в силу своего понятия делает собственный вывод Настя. — Когда мы были у вас в гостях, Хайфа сказала, что вы очень серьёзный и занятый человек и не любите пустой болтовни. А мама очень общительная. Вы рассердились на неё потому что она много говорила?

— Я не сержусь на твою маму, — начинает объяснять Саид.

— Сердитесь, — перебивает Настя. — Мама сказала, что, если вдруг я увижу, что вы на неё кричите, то не должна вам мешать, а должна уйти, где меня никто не увидит и позвонить папе или тёте Эмилии.

Я прикусываю губу, понимая, что Лора хотела обезопасить дочь от психологической травмы. Сестра понимала, что Саид не причинит вреда ребёнку, но что он сделает с ней на глазах ребёнка…. Мужчина бросает на меня быстрый взгляд, говорящий о том, что и он думает тоже самое.