Книга Любовь на грани смерти, страница 80 – Юлия Гойгель

— Пусть останется, — посоветовал Стас. — Всё равно узнает. Через час всё предприятие будет знать.

— Живой нашли? — не вытерпела я. Так и не поднялась с колен, зачем-то желая оставаться поближе к Леону.

— Мёртвой. В километре от дома. В небольшом сквере. Они в частном секторе живут. Изнасиловали и задушили, — не вдаваясь в подробности произнёс Стас. — Двое молодых парней. Говорят, недавно с зоны пришли.

— Не они? — сразу заметил Бесов сомнения друга.

— Пока ещё экспертиза готовится, ведутся следственные действия и всё такое, — пожал тот плечами. — Отчим девочки — бизнесмен. Прошёл слух, что ему угрожали. Может, и оттуда ноги растут. Не факт, что посадят тех, кто это сделал.

После обеда в приёмную всё время заглядывают знакомые сотрудники. Каждый приносит какую-то жуткую подробность. И к трём часам я уже ни о чём другом, кроме произошедшей трагедии, думать не могу. Становлюсь невнимательной и рассеянной к собственной работе. Даже дурацкий отчёт, который порвал Леон, распечатываю лишь с третьего раза.

Не высидев на месте, подхожу к окну и смотрю на яркие цветочные клумбы. До сентября осталось всего несколько дней. Клумбы сейчас в самом соку, буянят красками, радуются солнцу. А юная и красивая девочка уже не пойдёт в десятый класс.

Я стараюсь об этом не думать, но хорошо представляю её ужас в последние минуты жизни. Я сама почти побывала на её месте. Но думаю не только об этом. Те мужчины или парни, что такое сделали. Они ведь наши, местные, почти родные. Им всегда хватало и хлеба, и конфет. Они не засыпали и не просыпались под звуки выстрелов и бомбёжек. У них были любящие мамы и папы, которые поздравляли с днём рождения, радовались пятёркам в дневниках, мечтали о внуках. Возможно, эта девочка не раз проходила рядом с кем-то из них, не подозревая, что в шаге от неё стоит самый настоящий изверг.

— Лиза, ты чего? — Леон осторожно обнимает меня за плечи, хотя мы находимся в открытой приёмной. Я только теперь чувствую, что по моему лицу текут слёзы. — Из-за этой девочки?

— Из-за этой, и из-за другой, и из-за сотой и тысячной. Их ведь много было, таких девочек, — всхлипываю я. — Зачем такие сволочи рождаются. Зачем?

— И из-за себя, — догадывается мужчина о том, что я не договорила. — Ненавидишь меня?

Я отрицательно качаю головой.

— Нет. Но забыть не могу. Умом даже объяснения нахожу… Не трогай меня, Леон, пожалуйста.

Я впервые говорю ему «ты». Но он не поправляет и не возмущается. Послушно отпускает мои плечи и смотрит на часы.

— Почти четыре. Поехали домой?

— Я доработаю. Зачем, чтобы на нас со всех окон смотрели?

— Может, посидишь у меня в кабинете?

— А в приёмной кто, Стас останется? — не соглашаюсь я.

Леон ещё немного стоит возле стойки, но в приёмную вновь заходят сотрудники, и босс возвращается в свой кабинет.

В половине пятого приходит дядя Дима. Тоже спрашивает, слышала ли я о дочке Свечникова. Я киваю.

— Лиза, ты эти шашни с Владом прекращай. Сама понимаешь, что он с тобой только из-за вашего косячного контракта, — негромко советует мужчина. — Я бы на твоём месте попробовал бы уволиться. Всё равно в этой компании тебе ничего не светит. Нужно в другом месте пробовать начинать всё сначала.

— Я пробовала. Леон Русланович не подписал заявление, — говорю полуправду. — Сказал, что не отпустит, пока всё не выяснится.