Книга Любовь на грани смерти, страница 62 – Юлия Гойгель

— Почему ты не попросила другого доктора? — ещё более удивил меня следующий вопрос. — Разве девочку должен осматривать мужчина?

— Теперь, насколько я знаю, до восемнадцати лет к женскому доктору нужно ходить с кем-то из родителей. Раньше такого не было. На приём приходил тот, кто был на смене. К тому же «Скорая» привезла меня в больницу. Там не ждут ничьих разрешений, а сразу оказывают помощь. Может, если бы потребовалась операция, то маму бы и подождали. Это было более десяти лет назад.

— Там, где я родился, девочек и женщин, как правило, осматривали врачи-женщины. Я тоже считаю это правильным.

— А где взяться врачу-женщине в стране, где девочкам даже в школу ходить запрещают? — в свою очередь удивилась я. — Вы получили одно из лучших образований в мире. Объясните мне, если я сейчас сказала глупость?

— Ты не сказала глупость, — не сразу, но ответил Леон. — И в твоей стране врачей-женщин хватает. Если тебе нужно сходить на приём, уточни, чтобы тебя записали именно к женщине. Не в районную поликлинику, а в любой платный центр.

Я фыркнула и тут же пожалела об этом. Мужская ладонь сильно сдавила моё плечо.

— Лиза, я сказал это не потому, чтобы поспорить с тобой среди ночи. Я сказал потому, что для меня это важно. Я не хочу, чтобы ты раздевалась перед другим мужчиной, неважно, врач это, священник, твой двоюродный брат или консультант в отделе женского белья. Я уверен, что в любой клинике на одного врача-мужчину придётся пять врачей-женщин. Но ты специально выберешь его, потому что я попросил тебя об обратном? Кто из нас сейчас устраивает конфликт на пустом месте? Я не прав?

— Правы, — не смогла не признать я. — Мне не нужно к врачу. Но, если я к нему пойду, сделаю так, как сказали вы. Запишусь на приём к женщине.

Леон убрал руку с моего плеча, просунул под пижамную майку и стал легко гладить мой живот.

— Я не буду трогать, Лиз, если тебе неприятно.

Эмоциональность, вспыльчивость, обидчивость и ещё куча всего, что можно было объединить одной популярной в последнее время аббревиатурой «ПМС» побуждали меня оттолкнуть его, нагрубить, снова забиться в свой угол, доказывая эфемерную независимость и неподчинение. И всё то, за что боролись феминистки на восьмое марта, но я не сделала этого.

Во многом, в своих словах, он действительно был прав. А ещё мне было очень приятно от касания его руки. И совсем не хотелось лишаться согревающего тепла его сильного тела, обволакивающего меня со всех сторон. Не смотря на зудящую в глубине души гордость, я сказала правду:

— Мне приятно, Леон.

Он подложил вторую руку мне под голову, ещё сильнее прижимая к себе. Чуть приподнялся и коснулся моих губ своими губами. Поцелуй получился совсем не страстным, даже неумелым, неловким, но, наверное, самым желанным в моей жизни.

В выходные я осталась в доме одна вместе с двумя самыми дикими Горынычами. Влад, которому я стала совершенно не нужна, уехал вместе с Каролиной на прекрасные острова Бали. Красотка испытала такой стресс, что боялась оставаться в стране, пояснил мне Стас за обедом.

Я не нашла слов, чтобы как-то умно прокомментировать подобную новость и лишь кивнула головой.

Я никогда не была в другой стране на отдыхе и слабо представляла, что это такое. Нет, я знала географическое расположение островов. Как и то, что там очень дорого и красиво.