Книга Любовь на грани смерти, страница 13 – Юлия Гойгель

— Я …у меня даже белья нет. Как я выйду из спальни и пойду мимо вашей охраны? — поинтересовалась я.

— Женское бельё я покупать в магазин не поеду. В твою конуру тоже возвращаться совсем не хочется, — хмыкнул он. — Вот. Со вчерашнего вечера так и валяются, — вспомнил Бесов и протянул мои трусики. — Умывайся и спускайся вниз. Я скажу парням, чтобы не гуляли пока по дому.

Начальник ждал меня в гостиной. Провёл краткий обзор своих драконьих владений.

— Спальню Влада видела. Стас живёт на правую сторону лестницы. Моя спальня и кабинет на первом этаже, под комнатами Стаса. Столовая, соответственно, налево. Перед ней есть ещё один санузел. Для тебя, я так понимаю, эта информация актуальна.

Молодая девушка, которую Бесов называл Леной, смотрела на меня совсем не дружелюбным взглядом. Я не сразу поняла, что её недобрый взгляд предназначался даже не мне, а футболке Влада. Вот чёрт! На работе он спал с секретаршей, дома с горничной, а я — в его футболке.

Всегда знала, что за фасадами дорогих красивых домов живут самые настоящие… Горынычи! И их драконицы. Одна сейчас сладенько улыбается Бесову:

— Леон Русланович, завтрак на всех накрывать? Владислав Николаевич тоже спустится?

— Он со Стасом уехал. Покормишь их позже. Сейчас накрой для меня и Лизы. Впрочем, подожди, — он отвлёкся на свой мобильный телефон. Стал слушать говорящего и с каждым словом невидимого собеседника лицо мужчины мрачнело всё больше.

Отключившись, он взглянул на меня.

— Катю убили. Насколько я понял, сразу после того, как пытались застрелить тебя.

Следующую неделю я мирно просуществовала на половине кровати Влада. Мы вполне нормально с ним общались. Я видела, что мужчина искренне расстроен гибелью Кати. Никаких чувств у генерального директора к своей секретарше не было. Но, как и мне, ему было жаль, что погибла молодая и красивая девушка, жизнь которой только начиналась.

Проведённое внутренне расследование показало, что никаких денег Кате не поступало. Если только их ей не дали наличкой, а затем не забрали назад. Квартира погибшей девушки была перевёрнута с ног на голову.

В четверг мне сняли швы, а в субботу мы с Бесовым остались ужинать вдвоём в доме. Влад уехал на выходные к матери, а Стас, понятное дело, мне не отчитывался. Спрашивать у начальника куда тот делся, я, конечно не стала. Меня интересовали совсем другие вопросы:

— Леон Русланович, я вам еще не надоела?

— Прошло только десять минут. Если будешь молчать и дальше, как-нибудь вытерплю, — ответил он.

— Я хочу домой.

— Поживёшь ещё неделю, а там посмотрим. Так как больничный тебе закрыли, в понедельник поедешь вместе с нами на работу.

— На какую? — испугалась я. Если он подготовил мне место дворника или уборщицы, терпеть точно не буду. Не потому, что я считала эти должности не достойными своей персоны. Но я пять лет училась в университете! Я столько для этого сделала!

— Я уволил очередную секретаршу, которую взяли на место Кати. Хватит с меня траханья под дверями. Поработаешь пока в приёмной. По-моему, для тебя это идеальный вариант. Навредить там нечем, будешь все время перед моими глазами и заработная плата минимальная.

Секретарши у исполнительного менялись очень часто. И дело было не в самих работницах, а в его завышенных требованиях, хотя никакой важной работы они не делали. Для этого имелись личные помощники. В обязанности секретаря входило сортировать посетителей по мере их важности, готовить кофе, отвечать на звонки, напоминать о запланированных встречах. То есть, основная их работа заключалась в обеспечении покоя начальника. Только никто с этим не справлялся. Покойная Катя задержалась на целый год потому, что за неё заступался Влад.