Книга Любовь на грани смерти, страница 102 – Юлия Гойгель

Достаёт флакончик со смазкой, наливает на пальцы и растирает мне между ног, медленно, но глубоко проникая в лоно. Само проникновение мне очень приятно, но смазка…

— Зачем? — поднимаю голову, пытаясь поймать его взгляд. — Я и так тебя хочу.

Но он следит за своими пальцами:

— Я не буду нежным, Лиз. И быстро не будет. Твоей естественной смазки не хватит. Смотри, какая ты влажная. Смотри в зеркало, Лиз.

Несколько минут я действительно следила за его руками, привыкая к тому, что не стоит дёргать собственными.

— Не бойся, Лиз. Доверься, — снова прошептал мужчина, медленно проводя по моему плечу уже знакомым мне … кинжалом.

— Леон! — закричала я.

— Тихо-тихо, не дёргайся. Лезвие очень острое. Я не забудусь. Этого не произойдёт. Но ты не должна дёргаться. Если станет настолько страшно, что ты не сможешь с собой справиться, тогда мы прекратим. Но сначала давай попробуем. Я очень хочу, чтобы ты была смелой девочкой. Ты ведь очень смелая девочка, Лиз.

Я киваю.

— Леон, но это ведь не тот кинжал, которым …которым ты…

— Нет. Тот был обычным. Мы сразу от него избавились. Зачем хранить улику? Этот очень старый, передаётся по наследству. Всё, что у меня осталось от отца, как у тебя — фото, — медленно проговорил мужчина. — Стас рассказал тебе не только это. Он сказал тебе имя. Я хочу услышать, как ты его произносишь.

Острый клинок обводит грудь, затем вторую. Мужчина не спешит, повторяя каждое движение несколько раз. Затем холодная сталь скользит по ложбинке, и я задерживаю дыхание. И с силой выдыхаю, когда в лёгких заканчивается кислород. Это ошибка. Резкое движение грудной клетки и в ложбинке появляется тонкий порез. Боли нет. Лезвие слишком острое, но на коже собирается капля крови.

— Хайдар, — выдыхаю я. — Хайдар.

Лезвие едва вздрагивает, проходит по плоскости живота, затем кружит по лобку. Спускается ещё ниже. Я снова перестаю дышать. Но мужчина резко меняет положение кинжала в руке и давит мне на клитор отшлифованной и нагретой в его руке рукояткой. Я вскрикиваю от очередного удара током.

— Хайдар!

Лезвие касается лепестков, и я ещё шире развожу ноги. Изгибаюсь. Следую за кинжалом, пытаюсь принять его форму, слиться с ним, предчувствовать его следующее движение. Смотрю в зеркало. В глаза мужчины, где вырывающийся на свободу монстр, поглощает зелень чернотой преисподней.

— Хайдар! — снова кричу я.

Понимая, что призываю само исчадье ада.

И кое — что ещё. Мальчики не бежали! Это старший брат спасал младшего, не давая тому превратиться в палача окружающего их ада. Кто теперь спасёт меня?!

— Хайдар…

Отбросив кинжал в сторону, мужчина приподнимает мои бёдра, насаживая на себя. Он ещё сдерживается, давая мне время привыкнуть, но входит до конца. Наши взгляды всё ещё цепляются друг за друга в серебристой холодной глади зеркала. Я вижу, как поддаётся моё лоно, растягиваясь и принимая таранящую его плоть. Мужчина тоже смотрит, как соединяются наши тела, замирает, касается пальцами розовых ореол груди, с силой мнёт нежные полушария. Я не выдерживаю, и сама подаюсь вперёд, двигаюсь бёдрами на твёрдом члене.

Вскоре руки Леона вновь опускаются под мои бёдра. Бесов легко приподнимает меня и пересаживает, лицом к себе, но не развязывает моих запястий.

— Двигайся, Лиз. Хочу, чтобы ты сначала кончила, — произносит мне в губы. Я приоткрываю рот, впуская его язык, и мы долго целуемся. Но двигаться, не имея поддержки собственных рук, мне неудобно. Хочется упереться в его плечи, что сделать я не могу.