Книга Хозяйка города Роз, страница 3 – Юлия Гойгель

— Одну минуту, — шепчу ей. — Хочу подержать город в руках, почувствовать его ритм и дыхание.

— Почувствуешь, — с придыханием обещает она. — Ты очень достойный гражданин, значит, город тебе позволит многое.

Она легко скользит по моим губам своими, но почти сразу отступает назад.

— Артур, я понимаю, что тебе захочется остановиться в каких-то местах, которые тебе дороги и по которым ты соскучился, но, давай оставим это на завтра. Сейчас на дорогах будет очень плотный трафик, поэтому едем прямо в новый микрорайон смотреть квартиры.

— Хорошо, — не вижу причин перечить. В словах владелицы агентства всё логично. Не частое качество в большинстве женщин. — Милана, а кто придумал это название — Сити? Это ведь в народе так говорят?

— Конечно. В официальных кругах ничего не изменилось. Помнишь, самая старая часть города — это официально первый микрорайон, а зовём районом Роз; Центр — второй микрорайон, а седьмой строился, когда мы с тобой ходили в школу.

— Его поэтому назвали Счастливым — за цифру семь, — вспоминаю я. И сердце неожиданно для меня самого окатывает тёплой волной нахлынувших воспоминаний юности. — Шестой состоял из длинных, на восемь подъездов, девятиэтажек и его прозвали Китайской стеной. Третий район, где была построена единственная в городе спортивная школа, так и прозвали — Спортивным. Позже там построили дворец спорта.

— Он находится на границе с первым микрорайоном, — кивает Милана. — Я знаю, ты её заканчивал.

— А какую школу заканчивала ты? — задаю этот вопрос не для связки слов в разговоре. Мне становится очень интересно.

— Конечно же школу искусств, — смеётся она. — Хотя образование у меня, понятно, юридическое.

— Милана, всё же — Сити? Идея нашего мэра?

— С чего это? — искренне удивляется она. — Вся недвижимость этого города, фигурально, конечно, принадлежит мне. Соответственно, название придумала я. Да и думать особо было не нужно. Ты же не стал бы возвращаться в район Роз или Китайскую стену. Ты мог вернуться только в Сити.

Смотрю на неё и вижу, что женщина не шутит. И, сама того не зная, полностью права. Я никогда не вернусь в район Роз. Именно он предал меня больнее всего. До крови исколол своими шипами.

— Думаю, мне лучше ехать впереди? — отвлекает меня Милана.

— Естественно, как я могу не пропустить женщину? — прохожу несколько шагов и открываю для неё дверь дорогой, но на мой взгляд такой забавной машинки.

— Иногда женщина не против постоять за широким мужским плечом, — произносит красавица и, сев в машину, смотрит мне прямо в район … пояса джинсов. Так будет точнее. — Но, для начала, я вижу у тебя более интересное место.

Упирается в это самое место лбом, чтобы снять с себя туфли на шпильке. Понятно, что я не могу отойти в сторону, чтобы не лишить даму опоры. Когда это самое место из первого микрорайона дотягивается, как минимум до пятнадцатого, Милана отстраняется и кладёт руки на руль. Я закрываю дверцу её автомобиля и возвращаюсь к своему. В голове остаётся лишь одна мысль. А город отлично подготовился к моему возвращению.

Стараюсь не отставать от яркой малышки. Точнее, раньше времени не въехать в аппетитный зад — машины, разумеется. Всё же скорость по городу не большая, трафик после окончания рабочего времени приличный, а светофоров, как и машин, за последние десять лет визуально прибавилось. А всё жалуются, что мало денег. Ещё ни разу передо мной не мелькнул перешедший от деда к внуку не то, что «Запорожец», даже так почитаемый ещё лет двадцать-тридцать назад «Москвич». Едем по центральной улице с соответствующим названием — Советская. Она единственная проходит полностью через весь город и даже делит его как бы напополам. Влево уходят более старые районы; тот же Спортивный, район Роз, даже Центр — это деловой район, смещённый чуть в сторону. Сама Советская улица даёт начало одному из самых больших районов города застроенного советскими пятиэтажками. Он возводился в период тысяча девятисот восьмидесятых, вплоть до двухтысячных и официально зовётся городским районом номер шесть. Мини Купер перестраивается вправо, мы огибаем всё ещё роскошный городской парк (с ним связано очень много приятных воспоминаний, но об этом позже). Я очень рад, что парк, носящий гордое имя Победы (ещё не встречал русского или белорусского города, в котором парк бы звался иначе) по-прежнему стойко охраняет свою немалую территорию (опять же не зря закладывался в своё время настоящими ветеранами — фронтовиками) от посягательств длинных загребущих рук городских строительных контор. «Держись, родной, стой не на жизнь, а на смерть, не сдавайся понаехавшим дельцам-басурманинам», — мысленно подбадриваю я его. И здесь я невольно притормаживаю, потому что перед моими глазами вырастают пики самых настоящих высоток, словно перенесённые из Москва-Сити. Конечно, я тут же отмечаю различия. И шестнадцать этажей — это не семьдесят шесть башни «Москва», и даже не шестьдесят пять «Санкт — Петербурга», но и весь масштаб моего города не сравним с Москвой. Сразу же отмечаю сопутствующую инфраструктуру — всё соответствует высоткам и смотрится целостно, органично, впечатляюще.