Книга Две полоски на годовщину развода, страница 25 – Юлия Бонд

— Теперь у нас всё будет хорошо. Мне так тебя не хватало, Лид, — улыбаясь говорит Саша.

* * *

Саша отвозит меня обратно в город, и всё это время в машине царит тишина.

Я смотрю в окно, наблюдая, как лес сменяется полями, а затем и городскими улицами.

Самойлов не торопится заводить разговор, и я благодарна за эту паузу. У меня в голове всё ещё хаос после прошедшей ночи.

— Лида, — наконец произносит он, когда мы подъезжаем к моему дому. — Может, я зайду на чашку кофе? Только кофе, обещаю.

Я поворачиваюсь к нему и замечаю во взгляде что-то почти детское. Он словно боится, что я откажу. И хотя часть меня хочет сказать «нет», другая часть, более мягкая и уязвимая, не может этого сделать.

— Хорошо, — коротко ответив, выхожу из машины.

Мы поднимаемся в мою квартиру. Я чувствую себя немного неловко — то ли из-за того, что он снова здесь, то ли из-за того, что я согласилась на этот кофе. Но Саша ведёт себя спокойно, будто это самый обычный день.

— У тебя уютно, — говорит он, оглядываясь по сторонам.

— Спасибо. Садись, я сейчас сделаю кофе.

Он садится за стол, а я подхожу к кофемашине. Всё кажется таким обыденным, будто ничего особенного между нами не происходило. Но внутри меня всё кипит. Я чувствую его взгляд на своей спине и стараюсь сосредоточиться на том, чтобы не пролить воду мимо.

— Какой тебе? Капучино? Эспрессо? — спрашиваю я через плечо.

— Капучино, как всегда.

Кивнув, начинаю готовить напиток. В голове крутится тысяча мыслей: о том, что было ночью, о том, что будет дальше. Но больше всего меня мучает вопрос: могу ли я снова довериться ему?

Когда кофе готов, я ставлю чашку перед Сашей и сажусь напротив. Мы молчим несколько секунд, пока он не делает первый глоток.

— Вкусно. Ты всегда делаешь идеальный кофе.

— Спасибо, — отвечаю я коротко.

Саша ставит чашку на стол и вдруг смотрит на меня со всей серьёзностью, отчего я невольно напрягаюсь. Его взгляд проникает прямо в душу, заставляя меня чувствовать себя уязвимой.

— Лида, — начинает он, и в его голосе слышна твёрдость, смешанная с ноткой мягкости. — Я знаю, что ты сомневаешься. Знаю, что боишься. Но я хочу тебе пообещать, что на этот раз я не собираюсь всё испортить.

Молчу. Слова застревают где-то глубоко внутри.

Он продолжает:

— Эти два года… они были для меня самыми трудными в жизни. Я думал, что смогу жить без тебя, что смогу просто уйти с головой в работу и забыть о всём. Но знаешь что? Ничего не получилось. Каждый раз, когда я закрывал глаза, я видел тебя. Твою улыбку, твои глаза… Всё.

Чувствую, как внутри меня поднимается волна эмоций. Его слова пробивают стену, которую я так долго строила вокруг себя. Но я не могу позволить себе снова быть уязвимой. Я должна быть сильной.

— Саша… — начинаю я тихо, стараясь держать голос ровным. — Ты говоришь всё это сейчас. Но ты же знаешь, чем всё закончится.

— Нет, Лида. Я понял свою ошибку. Работа — это не то, ради чего стоит жить. Ты — это то, ради чего стоит жить.

— А как же дети? Я никогда не смогу тебе родить.

Он вздыхает, проводя рукой по волосам. Его глаза становятся мягче, взгляд — теплее.

— Лида, я знаю, как тебе было больно. Как мы с тобой проходили через это снова и снова… Но я ведь не из-за этого с тобой. Не из-за того, сможешь ты родить или нет. Ты — это ты. И я люблю тебя такой, какая ты есть.