Книга Две полоски на годовщину развода, страница 22 – Юлия Бонд

— Саша, хватит, я уже не могу! — смеюсь я, хватаясь за живот.

— А ты думала, я просто так тебя похитил? Чтобы ты скучала? — он улыбается своей фирменной улыбкой и слегка толкает меня плечом.

Я качаю головой, глядя на него.

Внутри меня что-то меняется. Злость за его безумный поступок постепенно уходит, уступая место тёплому чувству. Может быть, это всё из-за этого уютного домика, камина и его дурацких шуток. А может быть… я просто устала злиться.

— Ты знаешь… — начинаю я, глядя на огонь. — Это всё-таки было забавное приключение. Будет что вспомнить на пенсии.

— Вот видишь! Я всегда знал, что ты оценишь мою креативность, — отвечает он с довольным видом.

Смеясь, ложусь на спину, глядя на потолок. Тени от огня танцуют по деревянным балкам, создавая странное, но уютное ощущение. Саша поворачивается ко мне боком, опираясь на локоть.

— Лидка… — его голос становится тише. — Ты ведь знаешь, что я бы никогда не сделал тебе больно?

Повернув голову, встречаю его взгляд. Самойлов серьёзен как никогда, и это заставляет моё сердце замереть на мгновение.

— Знаю… — тихо отвечаю я.

Саша неожиданно наклоняется ближе.

Его лицо оказывается так близко к моему, что я чувствую его дыхание. Он смотрит мне в глаза, словно пытается найти в них ответ на какой-то свой внутренний вопрос.

— Ты даже не представляешь, как сильно я скучал по тебе… — шепчет он.

Прежде чем я успеваю что-то ответить, он накрывает мои губы своими. Поцелуй сначала мягкий и осторожный, но потом становится глубже и страстнее. Его рука скользит по моей щеке, а я вдруг понимаю, что не хочу отталкивать его.

Саша оказывается сверху, прижимая меня к мягкой шкуре. Его поцелуи становятся более жадными, а мои руки сами собой находят его плечи. В этот момент весь мир словно исчезает: есть только мы двое и тепло камина рядом.

— Лида… девочка моя, — шепчет Самойлов в перерывах между поцелуями.

Обвивая его шею обеими руками, я подставляю губы для жарких поцелуев. И трепещу в его объятиях!

Внизу живота пылает настоящий огонь. В предвкушении бурного соития я вся дрожу под Сашкой. По всему телу напрягаются мышцы.

— Моя сладкая… Моя любимая…

Сашка ловко избавляет меня от футболки. Приспускает бретельки лифчика и припадает губами к плечам: целует каждое по очереди. А у меня от этой ласки мурашки образовываются на коже.

Забравшись под тонкий слой хлопковой футболки, ногтями оцарапываю его спину. И бёдрами прижимаюсь к его бёдрам.

Отпрянув, Саша выпрямляется на руках, продолжая нависать надо мной настоящей скалой. Смотрит пристально. Просто глаза в глаза. Мол, уверена ли я? Не пожалею ли я?

Конечно, уверена!

Конечно, пожалею!

Но это всё неважно сейчас, ведь это будет потом.

Скажите, логика железная! Ага, только когда твой разум затуманен похотью, то особо как-то не думается.

Сейчас я хочу ЕГО… и пусть весь мир подождёт!

Увидев в моих глазах “зелёный свет”, Самойлов включает повышенную скорость. Догола раздевает меньше чем за минуту. А себя избавляет от одежды ещё быстрее.

Его горячая и большая ладонь проскальзывает между нашими телами. Касается гладкого треугольника между ног (как знала, что нужно навести “Матильде” красоту).

— Оу… — округляет глаза Сашка, когда его пальцы прикасаются к влажным губам — тем самым, что большие и внизу.