Книга Не играй со мной, мажор, страница 74 – Кристина Майер

— Вань, я вспотею сейчас, — бурчу я, но шапку под его недовольным взглядом не решаюсь снимать.

— Пальто застегни, — указывает взглядом на пуговицы. Я закатываю глаза, но выполняю «просьбу». После того, как мама попросила его присматривать за мной, он стал настоящим тираном. Это хорошо, что мама не узнала о попытке изнасилования, хотя я чуть не проболталась, но вовремя прикусила язык и перевела тему.

Войдя в здание интерната, тут же снимаю верхнюю одежду. В комнате распахиваю окно, запускаю свежий воздух. Отопление ещё рано отключать, вечерами минусовая температура, а вот днем в комнате душно.

Ваня скидывает рюкзак и куртку мне на постель, уходит в уборную. Прикрываясь только дверцей шкафа, переодеваюсь в домашний костюм. Мне неловко делать это открыто, хотя для Вани моё тело — не секрет. Когда я болела, он переодевал меня, обтирал теплой водой.

— Ты сегодня на тренировку? — спрашиваю, когда он выходит из уборной, вытирая моим полотенцем лицо и шею. Не только я вспотела. Но в душ пойду, когда Ваня уйдет, а то его шутка про совместный душ может стать реальностью.

— Пока в СТО, оттуда домой — заберу сумку с формой, а потом в зал, — присаживаясь на стул, перечисляет он. — Ночью останусь у тебя, — вроде ставит перед фактом, но смотрит вопросительно.

Почти все время, что я болела, он ночевал здесь. Я просила Ваню уйти, боялась, что заражу, но Лютаев меня не слушал. Даже целовал — такую больную… и некрасивую. После моего выздоровления он почти каждую субботу остается со мной в интернате. Ваня и в будние дни ночевал бы здесь, но близятся экзамены, к которым мы активно готовимся. Готовиться совместно не получается, мы отвлекаемся на поцелуи, на перекусы, на поболтать….

— Хорошо, — пряча улыбку. Суббота мой любимый день. Мы разрешили себе один вечер отдыха, и я рада, когда мы проводим его вместе.

— Сходим куда-нибудь? — спрашивает Ваня. Пожимаю плечами.

— Можем заказать еду сюда и посмотреть вместе какой-нибудь фильм, — предлагаю я. Не очень люблю выбираться в места, где мы постоянно встречаем одноклассников или знакомых. Много времени уходит на дорогу, если ехать в центр.

— Я закажу, — говорит Ваня.

Хватая меня за руку, притягивает к себе. Встав между широко разведенными ногами, обнимаю его за шею.

— Мне нужен небольшой допинг перед тренировкой, — хитро улыбаясь, подхватывает меня под ягодицы и усаживает к себе на бедра. Казенный стул скрипит под нашим весом. Я давно заметила, что дизайнерская мебель — сплошь дешевая подделка. Думаю, что бывшая директор экономила не только на мебели, но и на стройматериалах, и на сантехнике…

Ваня тоже понимает, что стул под нами может сломаться, поэтому поднимает меня за бедра и несет к кровати. Аккуратно опускает на покрывало. Не отпуская его шею, утягиваю за собой. Под его весом матрас проседает. Уткнувшись носом ему за ухо, дышу смешанными ароматами мыла и парфюма, но ищу среди них мой любимый — тот самый аромат, который принадлежит Ване.

— Люблю тебя, — шепчет в висок, прижимая меня к себе с такой силой, что трещат ребра. Он редко произносит эти слова, но каждый раз мне настолько приятно их слышать, что в солнечном сплетении начинает жечь, а к глазам подступают слёзы. Только от двух человек я принимаю это признание — мама и Ваня. Мое доверие к ним безгранично. Поэтому так страшно потерять кого-то из них.