Книга Ты моё спасение, страница 57 – Наталья Одинцова

Софи была копией отца. Белокурая кудряшка с голубыми глазами. А я шатенка с карими глазами. Я вообще на папу непохожа.

И вот, я у ворот псих лечебницы.

Подхожу к дверям этого здания. Страх одолевает, что я там увижу? Как она отнесётся ко мне? Хотелось бы мне почувствовать её любовь.

Вхожу в здание и иду по коридору. Ищу кабинет главврача. Стучусь. И когда мне предлагают войти, я вхожу.

Меня встречает, женщина лет 50. Наш диалог идёт на французском:

— Здравствуйте. Вы по какому вопросу?

— Здравствуйте! Я хотела бы увидеть свою маму.

— Напомните фамилию? Просто посетителей здесь много. Я всех не упомню.

— А я здесь первый раз. Мою маму зовут Marie Bonnet.

— Как, дочь? — смотрит на меня в недоумении. — у неё же нет детей.

— Есть. И это я!

— Откуда я могу знать, что вы мне не врёте? Неужели вы думаете, я буду пускать к ней чужого человека? Я вас вижу первый раз в жизни.

— Знаю, что это выглядит абсурдно. Но у меня есть только письмо и её фото в молодом возрасте.

Подхожу к заведующей и показываю фото моей мамы в юности. Она снимает очки и спрашивает:

— Девушка, а вас как зовут?

— Ольга. Ольга Кострова. А что такое?

— Просто...эта женщина, когда у неё бывают провалы в памяти, начинает звать какую-то Олю и говорит, что она её дочь. Мы проверили её документы. Как оказалось, она рожала. Но ребёнок умер.

— К счастью, её ребёнок жив. И этот ребёнок — я! Пожалуйста, отведите меня к ней.

— Хорошо. Но при условии, что если ей будет плохо, вы сразу покинете наше учреждение.

— Надеюсь, всё обойдётся.

Заведующая встаёт из кресла, обходит стол и ведёт меня к своей пациентке.

Пока идём по коридору, пытаюсь собраться с мыслями. Я очень волнуюсь. Как она отреагирует на меня? Как я на неё? Ёкнет ли у меня что-то внутри?

Подходим к заветной двери, и заведующая произносит:

— Помните, если что-то пойдёт не так, сразу уходите.

Я киваю и захожу в палату.

Дверь закрывается позади меня, и я тут же оборачиваюсь в поиске женщины. Осматриваю комнату, оглядываюсь и нахожу взглядом женщину в кресле-качалке.

Осторожно подхожу, боясь напугать женщину со спины. Обхожу кресло и смотрю на неё. Она выглядит очень молодо. Совсем как девочка. Овальное личико, карие глаза, как бусинки, волосы-шатенка, щечки пухлые, но сама худенькая, коричневое, закрытое, старинное платье в цветочек. На коленях плед.

Она качается и лучезарно, как дитя, улыбается. Не зря она здесь. Решаюсь поздороваться с ней и посмотреть, как она отреагирует на меня:

— Здравствуйте! Вы Мария?

Она переводит плавно взгляд с окна на меня:

— Здравствуй, девочка. Да. А что? — и снова переводит взгляд на окно.

А я теряюсь и просто не знаю, как начать с ней разговор.

— Погода за окном хорошая. Вы любите гулять?

— Да, люблю. Но я не могу ходить.

Я смотрю на женщину, и мне становится горько на душе. Насколько мне известно, она здесь давно.

— Скажите, а вас кто-нибудь навещает?

— Нет. Кому меня навещать? У меня никого нет.

И решаюсь спросить её самый важный вопрос:

— А как же дети?

Сперва она замолчала, помрачнела, а потом сказала:

— У меня есть дочь.

Значит, она всё помнит, вдруг приходит мне в голову мысль.

— А как её зовут? Она может вас навестить?

— Ты что? нет. Она малышка. Я только недавно её родила. Но...я отдала её другой девушке. Иначе бы она умерла.— женщина сникла, и по её щекам потекли слёзы.