Книга Полковник. Я тебя раскрою, страница 17 – Кара Райр, Алена Московская

Я не знала, что именно, но он почувствовал, что я вру.

Дура, Эля. Дура.

Я чуть не вздрогнула, когда он вдруг встал.

Резко, не как человек, которому просто надо уходить, а как кто-то, кто принимает решение.

— Ну что ж, — бросил он, глядя не на меня, а на Карину, — Спасибо за чай, хозяйка. Вкусно, как всегда.

Она удивленно моргнула.

— Уходите? Уже?

— Да. Вечер был насыщенный. Завтра работа.

Он пожал руку Алику.

Мужчины переглянулись.

Я медленно встала.

Плечи напряжены, ноги будто ватные, но я выпрямилась.

Надо держать лицо.

НАДО.

И вдруг — его рука.

Он схватил меня за локоть.

Просто так, чтобы дать понять — я иду с ним.

Он повёл меня через холл, мимо стеклянных стен, мимо хозяйского взгляда, в котором было что-то странное — сочувствие или предупреждение.

В проходе, у двери, он вдруг сказал негромко, почти шепотом, но с усмешкой, словно озвучивал некую насмешливую истину:

— Интересная у тебя работа.

Я едва не оступилась.

Его тон, его выражение лица…

Я не ответила.

Только смотрела вперёд.

И тогда он обернулся, ближе, чем нужно.

Так близко, что я почувствовала его дыхание.

Он склонился чуть вперёд, глядя на меня с той самой ухмылкой, от которой всё сжимается где-то внутри.

— Ну что… теперь ко мне?

Никаких намёков. Никаких двусмысленностей. Чистый вызов.

— Наверное… — протянула я, — нет.

— А это был не вопрос, неженка.

Девочки, книга на следующей неделе выйдет полностью в один день.

Эльвира

Машина мчалась по пустой трассе. Свет фар разрезал темноту, освещая серую полосу дороги, уходящую вдаль, как будто мы ехали в никуда.

А так частично и было.

В салоне — тишина.

Только глухое урчание мотора и лёгкое поскрипывание кресел от моих нервных движений.

Я сидела, словно меня связали.

Спина выпрямлена, руки в замке на коленях, пальцы скользят друг по другу, потому что не знают, куда себя деть.

Сердце билось так, будто его заперли в клетке, и оно пыталось вырваться.

Что я творю? Какого чёрта я еду с ним?

Молча. Без сопротивления. С добровольной покорностью, которую сама от себя не ожидала.

Я смотрела в окно, на отражение фар на асфальте, на ночь, разложенную в геометрии дорожных линий, и пыталась разобраться — куда? зачем? Что я делаю?

Где мой инстинкт самосохранения? Куда делся? Потерялся там же, где и мое достоинство. Видимо.

— Я не готова ехать к тебе, — вдруг вырвалось у меня. — И вообще… я думала, ты понял.

Моя фраза прозвучала неуверенно, даже растерянно, и это злило еще больше.

Черт блин.

Я привыкла быть точной, резкой, а сейчас будто сама с собой не в ладах. Это бесит. Жутко.

Он не отреагировал сразу. Только через пару секунд выдал лёгкий, самодовольный смешок.

— Мы на свидание, крошка. Трахать я тебя прямо сейчас не планирую.

Я резко повернулась к нему. Улыбка у него на губах, но в глазах… что-то другое. Он что-то понял. Что-то увидел.

Сказать, что я не ожидала, сказать нельзя, ведь я понимала с каким монстром имею дело, и только дьявол знает, что в следующую секунду вылетит из его рта. И это явно, не то, что мне будет приятно.

Трахать он меня не планирует?! Мудак. Да я бы отдалась тебе, только если ад замерзнет!

— Я просто осознал, — продолжил он, ведя машину так, будто везет старую знакомую, — что поторопился. С друзьями. С домом. Надо было проще. Без наезда.