Книга Измена. Ты нас променял, страница 6 – Оксана Барских

Желваки на скулах Давида двигались с такой силой, будто он сжимал челюсти до скрипа в зубах, и смотрел он на меня с таким видом, словно я должна была радоваться тому, что он кинет мне, как подачку.

— Ничего ужасного? – повторила за ним, а сама смотрела в его глаза, в которых горел гнев, на которого у него не было права. – Ты сейчас говоришь мне в лицо, что заделал ребенка на стороне и будешь продолжать мне изменять с моей же двоюродной сестрой? И предлагаешь мне закрыть на это глаза?

— Все состоятельные люди так живут, дорогая, – зло произнес Давид и стянул с себя жестко галстук. – Любовницы на стороне – это норма. Будь у нас дети в браке, я бы просто имел девок без последствий, но теперь и сын у меня имеется. Так что можешь прекратить ездить по врачам, мы вполне может обойтись и без детей. Наследник у меня уже имеется.

— Когда ты стал таким? Неужели я этого не замечала? – прошептала я вслух, не веря в происходящее. Мне не хотелось верить, ведь иначе пришлось бы признать, что я совершила ошибку десять лет назад, когда вышла замуж за Давида.

— Прекрати себя вести так, словно для тебя это открытие. Мужику надо как-то расслабляться после тяжелого рабочего дня. Все жены богачей знают об этом. Одна ты…

— Одна я что? Нормальная адекватная женщина? Не та, которая повелась на чужие деньги и готова терпеть измены и побои ради лишней цацки украшений?

— Вот только не ври, что тебе не нужны эти цацки, – ощерился Давид и вдруг двинулся в мою сторону.

Не успела я опомниться, как его ладони обхватили мои плечи и встряхнули меня, будто он пытался привести меня в чувство.

— Мы с тобой столько лет женаты, а ты так и не понял, какой я человек, – произнесла я с горечью, пытаясь отцепить его хваткие пальцы и стараясь не смотреть ему в лицо. Выглядел он озлобленным и разъяренным.

— Хватит строить из себя униженную и оскорбленную. Я спас тебя от такой семьи, а ты не можешь мне простить маленькие шалости на стороне?

— Ты ошибаешься, если думаешь, что мое унижение просто так сойдет тебе с рук. Попробуй поступить со мной несправедливо, Давид, и узнаешь, на что способна отчаявшаяся женщина, жаждущая мести, – тихо, но четко произнесла я, стискивая до боли кулаки.

— Я не хочу ругаться, Алевтина. Я тебя люблю. Ты идеальная жена, которую не стыдно показать своим партнерам, так что давай сделаем вид, что сегодняшнего недоразумения не было.

Голос Давида был спокоен и холоден. Он и правда верил во всё, что говорил с такой страстью.

— Недоразумения? – раздался писк со стороны вернувшейся Ольги. Я и не заметила, как она проскользнула внутрь. – Так ты называешь нашего сына?

— Я разрешал тебе входить в комнату, Ольга? Быстро вернулась к сыну, я ясно выразился? Куда ты его отвела? – не церемонился с моей сестрой Давид, обращаясь с ней хуже, чем бояре со своими крепостными в прошлом.

— В твой кабинет, – не скрывая недовольства, ответила она и сверкнула глазами в мою сторону, однако не решилась что-то сказать, видя, что Давид не в настроении.

— Не видишь, что у меня с моей женой разговор? – оскалился он и махнул головой. – Пошла вон отсюда. И проследи, чтобы он не шарился по моему кабинету. Там важные договора.

— Как скажешь, любимый.

Ольга пискнула и ушла. Только каблуки зацокали по паркету.