Книга Предатель. Я к тебе не вернусь!, страница 60 – Кира Вербицкая

— Здравствуйте.

Э?! Елена Ильинична?

Что она тут забыла?…

— Елена Ильинична? Эм… здравствуйте? — с запозданием бормочу я в ответ, таращась во все глаза на женщину передо мной.

Я в полном шоке. Что здесь делает мой врач-репродуктолог?

Я прописана в городе, в нашей с Маратом квартире, адрес которой она вряд-ли даже запомнила, увидев его всего пару раз в бумагах мельком, когда изучала мои анализы и прочие документы, и мы даже не обсуждали, что я когда-то жила в деревне. Тем более, это вообще не мой дом, а дом семьи Беркутовых. Сперва покойного деда Марата, а теперь его самого.

Ничего не понимаю. Как это возможно?

Она стоит прямо тут и лишь мило улыбается, после чего поправляет очки на носу и говорит.

— Извините, напугала? — она неловко смеётся и поправляет светлую прядку за ухо, осматривается по сторонам, — Я еле нашла этот дом. Марат Дмитриевич дозвонился до меня и настойчиво попросил приехать, сказал, что сам уезжает в город, а вам стало плохо, дал адрес этот, я приехала, поспрашивала, где именно это у местных и вот… почему вы не берете трубку?

Я не знаю, что ответить. Это звучит странно. Здесь же есть Люба и на крайний случай, я могла бы сама доехать до ближайшей больницы с ней.

Он так взволнован, что решил её послать? Но она же не какой-то дежурный врач на выезде…

Но всё ещё стоит прямо передо мной, это никакая не галлюцинация. Я даже глаза потираю кулаком.

Она реальная. В строгой, белой блузке, бежевой юбке и чёрных туфлях-лодочках. У неё небольшая сумочка в руке. Волосы собраны в аккуратный пучок, такие же волнистые и светлые, как были. Голубые глаза лишь слегка подкрашены, а вот губы напротив, ярко, таким насыщенным, винным оттенком.

По моему, с нашей последней встречи вот вообще почти ничего не изменилось, разве что сумки не было в руках, а ручка, которую она обожала крутить в своих пальцах, пока мы разговаривали, а на плечах был белоснежный халат, которого сейчас нет.

— Эм… я просто в городе телефон забыла. Вы серьёзно приехали сюда по его просьбе?

— Конечно! Он сказал, что эмбрион прижился, вы забеременели, но даже не посетили меня! Мы же обсуждали, как это важно! Я понимаю, что вы уже отчаялись и всё реже приезжали, со своими этими тестами отрицательными балуясь, но они не дают точного ответа и ещё на третьей недели мы должны были сделать УЗИ, чтобы подтвердить, что перенос удался. А потом на шестой, что он точно прижился!

Елена нервно взмахивает рукой и таращится на меня, так, словно моя мама, которая ругает и хочет, чтобы мне было стыдно.

Между нами первый раз такое происходит. И я действительно чувствую стыд…

Уши и щёки загораются, я поджимаю губы, даже не знаю, что сказать.

Она ведь права, я пропустила нужные визиты, сперва тесты снова были отрицательными, потом я не помню, делала ли их, а затем, совершенно внезапно и уже две полоски.

Я побежала в другую больницу, даже не написала ничего Елене и не записалась. А потом… случилось всё то, что было в квартире.

Не до этого. Хотя ребёнок ведь действительно до сих пор очень важен и его здоровье тоже.

— У вас уже девятая неделя, Валерия, вы должны уже на учёте у акушера-гинеколога быть, вместо меня, но даже у меня ни разу не были. А тут Марат Дмитриевич звонит и говорит, что вам плохо стало! Я так перепугалась! Вы же…