Книга Мама для двойняшек. (не)случайная ошибка, страница 30 – Оксана Барских, Кира Вербицкая

— Приструни-ка бывшую женушку, Антон. Покажи, какой ты мужик, – усмехается свекор, кивая сыну, и выпрямляется, отложив перетаскивание холодильника на потом.

Мне же хочется плакать, когда я вижу, как безжалостно они разнесли мою квартиру, в которой я провела свое счастливое детство. Впрочем, я этому не удивляюсь, зная, как безалаберно они относятся к собственному имуществу.

— Где шлялась, дрянь?! – рычит Антон, выпучив глаза, но я не реагирую так, как могла бы раньше.

Мне сохранять брак смысла нет. Он уже до основания разрушен и прогнил, и действия будущей бывшей родни вызывают у меня не просто отторжение, а настоящее омерзение. Вот они и показали свое истинное нутро, прекратив пускать пыль в глаза.

Как же мне всё-таки повезло, что Юдин поехал со мной. С ним я смогу отстоять свою квартиру.

— Рот закрой, Антон. Не тебе мне тут нотации произносить. И ты прекрасно знаешь где. Это ты ведь заварил всю эту кашу с ЭКО. Или тебе сестра помогала все эти махинации проводить? Вас обоих упекут за решетку за ваши преступления, а ты своими действиями сейчас явно докидываешь себе срок, а он тебе и так светит немалый.

Я удивляюсь, насколько спокойно произношу угрозы в адрес Антона. А особенно тому, что в моем сердце ничего не екает, так как не сохранилось никаких чувств к этому ублюдку, который отравил всё то хорошее, что у нас было. Вот только было ли? Или это была всего лишь иллюзия, которую он умело поддерживал?

— О чем это она, сынок? – настораживается свекровь и переводит взгляд с меня на сына. В ее глазах больше осмысленности, чем в явно поддатых Антоне и его отце.

— Сейчас я ей рот заткну, родаки, а вы пока берите всё ценное и идите к машине. За холодильником я потом приду.

Антон растопыривает пальцы и агрессивно надвигается на меня, но в этот момент в квартиру входит Юдин, который как раз застает момент, когда руки Антона смыкаются на моей шее и сдавливают ее. Я не препятствую, надеясь, что от его пальцев останутся синяки к приезду полиции.

— Руки убрал, скотина! – рычит Юдин, мгновенно сориентировавшись, и хватает Антона за шкирку, как ребенка, даже будто не прилагая к этому никаких усилий.

— Э, а ты что за образина?! – ревет свекор и, слегка пошатываясь, несется с кухни в сторону Матвея. Вот только тот отлично управляет своим телом и встает так, что отец Антона врезается в сына, и они оба ничком падают на пол.

Свекровь верещит, как резаная, а затем вдруг хватает нож со стола, надвигаясь на нас, и Юдин толкает меня к выходу, себе за спину. Он не стремится напасть на женщину. Мы наоборот отходим, а после я вдруг понимаю, в чем дело. Он слышит, как из лифта выходит наряд полиции, которые сразу же оценивают обстановку и достают оружие, направляя ее на Светлану Ивановну. Ее довольно быстро обезоруживают, ведь она не заядлая преступница, а женщина в аффекте. Антон же и Павел Семенович встают, пошатываясь, и явно не понимают, что с полицией шутки плохи. Видят, что на свекровь наезжают двое мужчин в форме и кидаются оба на них с матами и угрозами, после чего их профессионально скручивают и кладут мордами на лестничный грязный пол.

— Вот тебе и обычная бытовуха, – хмыкает один из полицейских, надевая на Антона наручники. – Попытка ограбления, дебош, да еще и нападение на сотрудника. Пятнашка, минимум.