Книга Измена. Месть преданной, страница 45 – Зоя Астэр

А в записке указаны причины.

Я тогда обезумел от горя. Сидел ночами возле её подъезда. Прямо там, где её не стало. Вместо школы ездил на кладбище. И не понимал. Почему? Почему она это сделала? И почему я не понял, что она собиралась это сделать?

Мои родители видели, что непонимание утягивает меня в горе всё дальше, и рассказали о причине Вериного поступка.

С семьёй Веры в их квартире жил двоюродный дядя девушки. У этого мужчины был небольшой бизнес, и отец Веры работал на него. Но дядя был вовсе не добрым родственником, он сделал с Верой то, что, кажется, я сделал с Яной.

Вера пожаловалась родителям, но они не поверили. Не знаю, что было у них в голове. Даже когда она поняла, что беременна, они отказывались принимать меры. Запрещали ей говорить об этом и ругали за каждый шаг.

Вера не выдержала.

В юности я ждал, пока мужчина, виновный в её смерти, выйдет из тюрьмы. Хотел убить его. Мне казалось, это будет правильно.

К счастью, этот урод умер от какой-то болезни, так и не выйдя на свободу. Мне не суждено было стать убийцей.

А вот таким же уродом я всё-таки стал.

Я смотрю на Яну и вижу Веру. Их ситуации очень похожи. Боюсь, что Яна совершит с собой и ребёнком то же, что и Вера.

Возможно, судьба даёт мне шанс предотвратить то, что не смог много лет назад. Тем более что и злодей в этой истории я же. Как иронично.

В том гостиничном номере я впал в настоящий ступор. Меня придавило чувством вины перед Яной и женой. Как смотреть Соне в глаза после такого? Как жить, если не можешь доверять самому себе?

В тот день я трусливо согласился с Яниным предложением ничего не рассказывать Соне. Честное слово, я не давил.

Знал, что Соня не поймёт и не простит, готовился к её реакции. Чувствовал, что недостоин после всего семейного счастья.

И неожиданно получил отсрочку от казни.

Отвёз Яну туда, куда просила жена, и попытался забыть о случившемся, как о страшном сне. Делал вид, что всё прекрасно.

Но это было не так. Я всё время думал о Яне и о том, что она похожа на Веру. А ещё смотрел на жену, и внутренности скручивало от отвращения к самому себе. Соня не знает, какое я чудовище. А если узнает, то уйдёт от меня в тот же день.

Я был прав. Так и вышло.

Через два месяца мне позвонил этот противный Роберт. Орал на меня в трубку. Как только духу хватило? Обычно при мне он притворяется немой молью.

А тут гневная отповедь о том, какой я урод. А возразить нечего. Слушал, как щенок, и обтекал. Яна оказалась беременной. Она поведала своему гинекологу нашу печальную историю, и Роберт позвонил мне.

Вопрошал в трубку: как я мог так поступить с его ненаглядной подругой Соней. А она моя. Не его. Несмотря ни на что, я не готов отпустить жену.

И если уж быть подонком, то до конца. Та часть меня, что пыталась притворяться, будто ничего не произошло, стала нашёптывать, что ребёнок может быть не моим. Я ведь слышал Сонины рассказы об этой девочке. У неё мог быть кто-то до или после той злополучной ночи.

Я высказал Роберту это, и он предложил провести тест на отцовство. Оказывается, сейчас даже не нужно ждать рождения ребёнка. Яне достаточно сдать анализ крови.

Тест показал, что я отец этому ребёнку, и круг замкнулся.

Яна окончательно превратилась в моей голове в Веру.

Она и ведёт себя так же. Ходит грустная и замкнутая. Плачет, когда думает, что я не вижу. Говорит пугающие вещи. Типа, что всем будет легче, если её не станет.