Книга Измена. Бей на поражение, страница 59 – Зоя Астэр

Гроднев качает головой.

— Хватит о Луизе, ты зря старалась нас помирить. Как оказалось, она не хочет семью. Да и я понял, что в самом деле не горю желанием жениться на ней.

Гроднев опять пытается положить мне руки на талию, и я ловлю панический приступ, понимая, что ещё чуть-чуть и меня вырвет прямо на него.

— А знаешь, что? – нервно тараторю я. – Ты мне уже надоел! Не хочу давать тебе месяцы или годы на то, чтобы ты посомневался, подхожу ли я на какие-то непонятные роли. Оставь меня в покое, Гроднев!

Прикрываю глаза, сдаваясь дурноте. Кажется, я качаюсь из стороны в сторону. Или это голова так кружится?

— Полина? – Гроднев подходит ближе, чтобы придержать меня за талию. – Что с тобой? Тебе плохо?

О нет! Платон подходит совсем вплотную, и запах тошнотворной туалетной воды ещё усиливается. Сейчас меня точно вывернет прямо на его идеальную рубашку!

— Отойди, – цежу я сквозь зубы. – Меня от тебя тошнит…

— Зачем ты так? – в голосе Гроднева обида смешивается с возмущением.

— Платон… - стону я, - Твоя туалетная вода! Она просто ужасная! Если ты не отойдёшь…

— Оу, так ты это не образно? – руки с моей талии исчезают.

Приоткрываю один глаз и вижу, что Гроднев отошёл на несколько шагов от меня.

Дышать сразу стало легче.

— Сестра подарила мне новый аромат на прошлой неделе, - говорит Платон, - По её словам, это запах роскоши и свежести.

— А, по-моему, так могут пахнуть только заплесневевшие копчёные мыши, - я всё никак не могу отдышаться.

Кидаюсь к окну, открываю его и высовываю нос на улицу.

Как хорошо!

— Полина? – доносится до меня голос Гроднева. – Ты ведь сказала бы мне, если бы наше общение имело последствия?

Сердце замирает от страха.

— Зачем тебе знать о последствиях? – тихо спрашиваю я.

Сжимаю пальцами подоконник. Очень опасная тема.

— Я бы хотел знать, - говорит Гроднев. – Дал бы денег на аборт, если потребовалось. Сразу предупреждаю, принести мне в подоле новорождённого ребёнка и шантажировать этим не выйдет.

Вздыхаю. Правильно я сделала, что никому не сказала. Мне вовсе не нужно, чтобы кто-то трепал мне нервы, заставляя сделать аборт.

— Ты пупом земли себя считаешь, да? – спрашиваю не оборачиваясь. – Я же уже сказала, что ты мне не нужен. Не принесу я никого тебе в подоле. Успокойся уже и оставь меня в покое.

Говорю грубо, потому что меня задели его слова о шантаже. Прямо ножом резанули по сердцу. Мой ребёнок – это сокровище. Быть ему родителем- это награда, а не вынужденная кабала. Бессердечный Платон нам не нужен. Он в наш тёплый, полный любви мир не вписывается.

— Я тебя услышал, - доносится до меня ровный голос Гроднева.

Слышу, как за спиной хлопает дверь.

Ну вот и всё! Больше я его не увижу. Оборачиваюсь на пустую комнату.

Силы покидают меня разом. Ноги подкашиваются, и я сползаю на пол. Прислоняюсь лбом к батарее, висящей под окном.

— Он нам не нужен… - упрямо шепчу я.

Слёзы льются по щекам, а в груди, будто появилась дыра.

Ну зачем он приходил? Всё же нормально было. Зачем растревожил душу?

Реву в три ручья и не могу остановиться. Глупые гормоны. Это все они виноваты. Я же не могла успеть влюбиться в этого равнодушного придурка?

Приход Платона, будто прорвал во мне невидимую плотину. С тех пор у меня глаза на мокром месте.

Реву по десять раз на дню без всякого повода.