Книга Развод. Не ломай мне карьеру, страница 24 – Зоя Астэр

— Что ты пристала с вопросами к девочке? – одергивает сестру дядя Дима. – Вот такой ты свекровью будешь, Надежда? Ты Лиза не стесняйся, если что, приходи ко мне жаловаться. А ты Надежда знай, что есть кому за нее заступиться.

— А что кроме тебя и защитников нет? – спрашивает мама Стаса, глядя на меня искоса. – Где родственники твои, чудо ты наше нежданное?

— Сирота она, - отвечает за меня дядя Дима.

— Уж не немая ли, сирота, а?

Я кашляю, чтобы прочистить горло.

— Здравствуйте, - стараюсь говорить почтительно, - Надежда…

— Надежда Константиновна!

Мама Стаса расправляет спину и поднимает подбородок повыше.

Ох как мне все это не нравится! Безумно неудобно обманывать ни в чем не повинную женщину.

— Здравствуйте, Надежда Константиновна, - повторяю я.

— Ну здравствуй! – мама Стаса даже снисходит до вымученной улыбки. – Как, говоришь, зовут-то тебя, золотце? Лизой?

— Лизой ее зовут, - ворчливо поясняет дядя Дима. – Лизаветой. Долго ты нас еще на холоде будешь держать, Надежда?

Вслед за мамой Стаса мы идем в дом.

А дальше начинается настоящий дурдом.

Надежда Константиновна накрывает нам на кухне завтрак на скорую руку, а сама куда-то исчезает.

И не успеваем мы допить чай, как дом наполняется толпой каких-то людей.

Незнакомые женщины подходят ко мне здороваться одна за другой.

Стаса хлопают по плечу, поздравляя с женитьбой.

Меня расспрашивают о деталях наших отношений, и приходится выдумывать их на ходу.

— А вы, наверно, познакомились в ресторане, где Стас официантом летом подрабатывал? – спрашивает меня одна из многочисленных тетушек.

— Да, - вру я уже почти уверенно, - я тоже работала там официанткой.

Краем глаза вижу, как Стасу наливают стопку. Он чокается с мужчинами, и, выдохнув, они опрокидывают в себя прозрачную жидкость.

Мужчины вообще очень быстро куда-то деваются.

Не успеваю я и глазом моргнуть, как остаюсь наедине с женщинами.

Они увлеченно обсуждают мою свадьбу со Стасом, которую уже решили отпраздновать завтра.

Моего мнения по этому поводу никто не спрашивает, поэтому решаю просто расслабиться и сдаться судьбе.

Не знаю, зачем дядя Дима решил устроить все именно так, но спорить и раскрывать себя, думаю, опасно.

В конце концов свадьба не может быть настоящей, ведь по документам я все еще замужем за Антоном.

К обеду на столе появляются настойки, салаты и пироги.

Алкоголь я игнорирую, а вот остальным угощаюсь с большим удовольствием.

Меня уже даже в беседу особо не втягивают.

Так что я выдыхаю впервые за последние дни и с удовольствием слушаю женские разговоры.

Кто с кем живет, кто от кого ушел, и кто у кого родился.

Песню про «женское счастье» прерывает Надежда Константиновна, вернувшаяся на кухню с большой коробкой в руках.

— Вот, Лиза, платье для тебя нашли! – торжественно объявляет она, открывая коробку. – У тети Маши дочка замуж собиралась, а жених погиб. Не судьба. Вот платье осталось. Ему всего-то лет пять. Новое, считай. Так что все по моде.

Она аккуратно за плечики приподнимает наверх белое кружевное нечто.

Я даже дышать забываю от ужаса.

На корсет нашиты большие атласные розы со стразами. Такие же розы красуются по подолу длинной пышной юбки в оборках. А их маленькие копии прячут под собой резинки круглых рукавов -фонариков.

— Оно слишком… роскошное, - мямлю я, заикаясь, - может, обойдемся без платья… как-нибудь по-простому?