Книга Изменял, изменяю и буду изменять, страница 32 – Элис Карма

— Вот это настоящее мужское решение! — произносит с гордостью. Беру её заявление со стола и рву в клочья.

— Боюсь, что я не могу пока позволить тебе перевестись, — произношу, приподнимая её подбородок и касаясь большим пальцем притягательных ярких губ. — Ты ещё нужна мне здесь.

Она выдыхает судорожно. Взволнованная дрожь прокатывается по телу. Склоняюсь к ней и жадно впиваюсь в губы. Кристина издаёт томный стон. Соскучилась, моя девочка... В последнее время я совсем не уделял ей внимание. Запускаю пальцы в её густые тёмные локоны. С упоением вдыхаю нежный цветочный аромат духов. Надменное выражение лица бывшей вдруг появляется перед мысленным взором. Прогоняю его в нетерпении. Я пытался с ней по-хорошему. Предлагал мир. Но эта стерва сделала иной выбор. Теперь пусть только себя винит во всём.

Светлана

— На следующем собрании акционеров я намерена предложить на пост генерального свою кандидатуру.

Смотрю на Вадима Александровича в ожидании реакции. Эмоции на его лице быстро сменяют друг друга. Будто кто-то вращает невидимый барабан. В конце концов, он останавливается на сомнениях.

— А ваш отец в курсе? — спрашивает осторожно.

— Разумеется. Это в целом была его идея, — отвечаю невозмутимо.

Мне нет смысла играть бедную овечку. Да, я намерена воспользоваться связями и не скрываю этого. В конце концов, это где-нибудь меня могли бы осудить за отсутствие компетентности и использование родственных связей. Но у нас все всё понимают. И даже то, что мне эта должность нужна, чтобы отомстить мужу, тоже ни для кого не секрет.

— Ну, что ж, я-то, как говорится, возражений не имею, — суетливо произносит Вадим Александрович. — Да и моё слово для совета немного значит…

— Я вас ставлю в известность потому, что на прошлом собрании вы предложили кандидатуру Олега, — вспоминаю и складываю руки на груди.

— Светлана Михайловна, я тогда не был в курсе ваших разногласий, — оправдывается генеральный. Это даже немного забавно. А ведь когда-то я рядом с этим человеком дышать боялась. Мне казалось, где я и где он. Я одёргиваю себя мысленно. Надо бы держать себя в руках. Будет скверно, если я потеряю связь с реальностью подобно Олегу.

— Теперь вы знаете. И я надеюсь, вы не станете препятствовать мне, — выдаю сдержанную улыбку. Вадим Александрович озадаченно теребит свой галстук.

— Я-то не стану. Меня так и так ждёт пенсия и заслуженный отдых. Но управление настолько крупной организацией — дело непростое. Уж поверьте, я об этом не понаслышке знаю. А с вас за каждый промах будут спрашивать вдвойне, поскольку претендент на должность вы совершенно неочевидный.

— Думаю, я как-нибудь это переживу, — отвечаю я, чувствуя, как меня охватывает тревога. Слова гендира резонируют с моими внутренними переживаниями, но я не должна показывать этого. — Если возможно, я бы попросила вас до следующего заседания сохранить моё выдвижение втайне. И в особенности от моего бывшего мужа.

Вадим Александрович кивает с тяжёлым вздохом.

— Непростую игру вы затеяли. Столько сил и средств, и всё ради мести?

— Если бы Олег обидел только меня, я бы смогла закрыть на это глаза, — произношу я, поднимаясь и направляясь к выходу. — Но он отказался от нашей дочери. Сказал, что она для него недостаточно хороша. Олег даже документы подделал. Этого предательства я ему простить не могу.