Книга Изменял, изменяю и буду изменять, страница 30 – Элис Карма

Мне в некотором смысле везёт: мы с бывшей приезжаем в офис практически одновременно. Окидываю скептически старый мерин и скользкого водителя. Не нравится мне он. Ещё и смотрит на меня, как на врага народа. Выхожу из авто и спешу достать с заднего сиденья медведя и букет. Случайно собираю синтетическим мехом всю грязь с машины. Надо будет сказать, чтобы Светка сначала в химчистку отдала это чудовище. Последней подхватываю коробку с кольцом. Замечаю, как этот хмырь открывает Светке дверь и подаёт руку. Показушники хреновы! После Светка спешит к входу.

— Света! — бегу за ней, ругаясь про себя. Она же видела меня, но всё равно унеслась вперёд. Бывшая проходит ещё пару шагов и оборачивается.

— Чего тебе? — бросает угрюмо.

— Это тебе, — улыбаюсь и протягиваю ей букет.

Она неловко оглядывается по сторонам. «Смутилась? То-то же...» Подхожу ближе. Хочется уже отдать ей этот веник, а то руки затекли. Вот только она взять букет не торопится.

— Слушай, я понял, что много боли тебе причинил, — я свожу брови жалостливо. — И не жду, что ты простишь меня в один миг. Но постепенно, шаг за шагом, возможно, мы сможем всё наладить?

Приходится посадить медведя рядом с собой на асфальт, чтобы открыть коробку с кольцом. Широкие брови Светы удивлённо ползут вверх. «Да! Ну, давай же! Прими кольцо и цветы и перестань смотреть на меня, как на мусор!» — проносится в голове. Бывшая жена вдруг издаёт смешок и закатывает глаза.

— Боже, Филиппов, ты, как всегда! — произносит, качая головой.

Я не понимаю её реакцию, а потому сам тупо улыбаюсь.

— У меня, вообще-то, аллергия на золото, — произносит она снисходительно. — Стоит надеть что-то, пятнами покрываюсь. И ещё, я не люблю розы. Мои любимые цветы — это лилии. Занятно, что за пять лет отношений ты этого не запомнил. Я считаю, что это многое говорит о тебе, как о человеке.

Меня охватывает раздражение. Да откуда ж мне было знать?! Вот же стерва! Она специально ведёт себя так высокомерно, чтобы унизить меня.

— Свет, хотя бы медведя тогда забери! — кричу я ей вслед. — Он для Алёнки.

— Я это даже комментировать не буду, — отвечает она и быстро поднимается по ступеням крыльца. Гадина! Цену набивает себе?! Ничего, мы ещё посмотрим, надолго ли тебя хватит.

Со злостью запихиваю цветы и медведя обратно в машину. Стараюсь игнорировать озадаченные взгляды охранников. Всё это не их ума дело! Как и не этого Светкиного водителя, что глядит на меня насмешливо. Как же всё-таки раздражает! Простым способом задобрить бывшую не удалось. Видимо, после возвращения Мансурова её самомнение резко возросло.

«Найду другого отца для дочки...». Я только усмехаюсь в ответ на её слова. Как будто она кому-то нужна с прицепом. А если и нужна, то только из-за денег и связей.

— Олег Константинович, подпишите заявление! — Кристина швыряет мне какую-то бумажку на стол.

— Что это? Ты увольняешься? — смотрю на неё удивлённо.

— Перевожусь в отдел планирования, — отвечает помощница. — Хватит с меня этого цирка!

Я поднимаюсь из-за стола и прикрываю дверь кабинета. Кристина стоит неподвижно. Сжимает руки в кулаки, будто отбиваться собралась. Кого-то она мне сейчас напоминает. Усмехаюсь про себя: одно слово — бабы!

— Кристиш, ты чего? — подхожу к ней и обнимаю за плечи. Она стряхивает мои руки и подаётся в сторону.