Книга Бамбалейло!, страница 19 – Галина Шатен

— Спасибо большое, Оксана. Вы… эм… вы хороший человек. И Леонид глупый, если так поступил с вами. Я сейчас же соберу вещи и уйду. Простите, что вообще пришла. У меня случилась...эм… маленькая истерика. Анель меня напугала до икоты.

Разглядываю девчонку, выглядит вполне себе искренне. Ну. Ее можно понять. Моя свекровь и меня всегда немного пугала своим напором. Да. Можно. Если б Вероника не спала с моим мужем. И не собиралась от него рожать.

— Какой у тебя месяц? – спрашиваю.

— Почти восьмой, - отвечает, и кладет на живот руку, рефлекторно.

— Проходи садись поешь и езжай к врачу. Тебе сегодня точно нужно. Фельдшер вчера сказал. Давай-давай садись.

Она неловко переступает порог и устраивается за столом. Ставлю перед ней блюдо, пустую тарелку и лопатку. Уж положит сама себе, не переломится.

— Итак, - говорю, наблюдая за ней, - есть некоторые вопросы. Ты там не упадешь в обморок от них?

— Постараюсь…ммм…ниче себе! Как вкусно! Будто моя мама…- запинается, краснея, как-то совсем по-детски очаровательно, - будто как моя мама в детстве готовила. Очень вкусно!

— А где твоя мама живет?

— Она умерла, когда мне было тринадцать. У меня никого нет. Только дядя Тарас. Но по работе он часто в разъездах и часто в местах без связи… А я сама из Дмитровска. С области. У меня там дом остался.

— Ладно. Как давно у вас роман с Лёней?

— Чуть меньше года.

— Восемь месяцев? – предполагаю.

— Чуть больше, - отводит взгляд и перестает есть, – Оксана… Николаевна, я понимаю. Я понимаю, как вам вот так со мной сидеть трудно. Но я хочу, чтобы вы знали… я клянусь, я бы никогда -никогда…

— Как вы встретились? – игнорирую ее раскаивание. – Как вообще произошло, что ты связалась с мужиком в два раза старше? Ну серьезно, в восемнадцать?

— Я не выбирала, - ее глаза опущены, на щеках легкий румянец, она теребит край и так повидавшей виды скатерти. - Я его не узнала сразу. Да я и не знала особо кто есть кто из врачей. Но про кардиохирурга от Бога Архангельского часто слышала. Как он пациентов с того света возвращает…Мне дали работу в его отделении. Санитаркой. Я училась на первом курсе меда и вот...А там, в больнице, все боялись его. Он был такой… другой. Ходил, такой тихий, сосредоточенный. Всегда вежлив со всеми. Но холоден, что ли… А вокруг все бегали, что-то теряли, орали вечно... А он всегда вежливый. Он меня единственный всегда замечал. «Здравствуйте, - говорил, - вы новенькая? А , на первом курсе учимся, будущая коллега. Как зовут?» А потом всегда мне улыбался при встрече, словно я что-то стою. На меня вообще никто никогда не смотрел так…Я ж санитарка…

Спотыкается. Стыдно становится. Наверное. Но я не перебиваю. Хочу послушать всю историю. Даже несмотря на то, что конец известен.

— Когда хочет Лёня умело может казаться милым, - вставляю в затянувшейся паузе.

Вероника вскидывает на меня взгляд.

— Нет… Он не казался. Он просто… был. Был случай, никого не было, я имею ввиду из врачей и персонала. Мы закрывались. Я полы мыла. А тут деда затащили бледный, у него сердечный приступ явно. И Леонид остался без вопросов. Я видела, как он разговаривает с пациентом перед операцией. Тот дед, трясся весь. А он сел рядом, положил руку на плечо и сказал: «Я всё сделаю. А вы потерпите. Нам обоим нелегко, но вы мне поможете, хорошо?»