Книга Плохиш для хорошей девочки, страница 84 – Алиса Селезнёва

У Данила же всегда всё было по-другому. Он находил время на общение с друзьями. В сентябре точно. Правда, звонить ей он тоже не забывал. Как договаривались: утром и вечером. Она давно исключила из своего лексикона слова «будильник». Агата принципиально его не заводила. Данил будил её ровно в девять, когда просыпался сам либо когда возвращался домой с тренировки.

Несколько раз он встречался с друзьями поздно вечером. Они ходили в бильярд, а потом на какой-то модный ужастик. Агата тогда даже хотела с ним поругаться, но Аля вовремя её остановила: «Иногда парня или в будущем мужа надо отпускать гулять с друзьями. И хорошо, что сейчас он тебе об этом рассказывает. Плохо, если он будет делать это украдкой. А, если ты будешь всякий раз из-за этого дуться, то сама подтолкнёшь его к обману».

С доводами няни Агата в ту пору согласилась. В бильярд и на фильм ужасов она всё равно не хотела. Тогда. Но сейчас своё мнение поменяла.

— Ты не знакомишь меня с друзьями. Никуда не берёшь. Даже сегодня представил не как девушку, а как подругу.

— Ну, брякнул глупость, не подумав. – Он улыбнулся и попытался её обнять. – Ты разве меня не знаешь?

Ещё больше распаляясь, Агата сбросила его руку и полезла в сумку за телефоном. Они часто переписывались в социальных сетях. Но ей раньше не приходило в голову то, что пришло сейчас. На аватарке «ВКонтакте» Данил был один как перст. А графа «семейное положение» там и вовсе отсутствовала.

— Кроме твоих родителей, меня вообще никто не знает. Я тебе – никто, – произнесла она, тыча в телефон пальцем. –  Столько времени прошло, а ты даже не удосужился мне заявку на СП прислать.

Данил дёрнул плечом и снова откинул голову назад.

— Ты издеваешься?

— Это ты издеваешься!

— Я даже представить не мог, что у нас СП в «ВК» теперь самое главное в жизни. Я около тебя месяц сидел, как привязанный, но это, оказывается, ничего не значит. Важно только, поставил я с тобой фотку на аватарку или нет.

— Но с Лерой-то ты менял эти фотки каждый месяц, – чуть не выпалила она, но сдержалась. На душе было гадко и горько. Резко заболели голова и лодыжка, и Агата, топнув от злости здоровой ногой, зашагала в противоположном направлении.

— Агата! – Его голос долетел до неё на светофоре. Она упорно шла вперёд. – Да остановись ты, я сказал!

Она не повернулась, и тогда он, чертыхнувшись, побежал за ней и схватил за пуховик.

— Что ты делаешь? Перестань немедленно! – Она пыталась увернуться, пока он, придерживая её за талию левой рукой, доставал телефон и настраивал переднюю камеру правой.

— Как что делаю? Чёртово совместное селфи. Тебе же его для счастья не хватает.

— Ну, конечно! – Выпятив губы, Агата отпрыгнула в сторону. – Нашёл время фотографироваться, когда я зарёванная и злая.

Следующие две минуты она безбожно перерывала сумку в поисках расчёски и зеркала, а после ещё пять – привозила себя в порядок. Вообще Агата не очень-то любила фотографироваться. Фотогеничной она не была с роду и получалась на снимках искусственной, как кукла. На море Данил часто пытался её фотографировать, а Лариса Сергеевна даже щёлкнула их вдвоём на качелях. Но Агата все фотографии попросила удалить. На щеках у неё тогда вылезли веснушки, а на носу зверски шелушилась кожа. Интернет в «Дикой чайке» всё равно почти не работал, и надо было пройти все девять кругов ада, чтобы загрузить в социальную сеть хотя бы одну фотографию.