Книга Моя. Чужая. Беременная, страница 52 – Ольга Висмут

— Кофе будет готов через минуту.

Я хочу сбежать с кухни, но мне закрывают дорогу. От Романа тоже несет спиртным. Вот что за мужчины? Устроили пивнушку с ребенком-то в доме!

— Я могу пройти? – смотрю ему в глаза.

Главное, не показывать страх. Я дома, я в безопасности. На улице собаки, наверху Макс.

— Куда ты спешишь? – он улыбается. – Побудь со мной.

Роман осматривает меня. Его помутневший взгляд останавливается на моих губах.

— Простите, но мне нужно идти, – пытаюсь его обойти.

Но он настолько поддатый, что опять перегораживает мне дорогу.

— Куда! – рявкает. – Стой.

Хватает меня за руку и дергает на себя. Пытаюсь вырвать, но хватка железная. Мне кажется, я в ловушке, а в душе поднимаются ужас и злость.

— Красивая у Мак… са прислуга, – он дышит мне в лицо перегаром. – А ну-ка, поцелуй меня, цыпа!

Он нависает надо мной, вжимает в стену. Меня охватывает паника. Я пытаюсь его оттолкнуть, пинаюсь, но в домашних тапочках нереально нанести хоть какой-то ущерб. Стараюсь вырваться. Рукой сбиваю со стола кружку, и вода хлещет нам под ноги.

Он не обращает внимания, даже когда я бью его по лицу. Наоборот, от удара еще больше распаляется. Перехватывает так, что теперь мои руки зажаты в его руках. Я понимаю, что не могу двинуться, только махать ногами. Но мои удары его не тревожат.

Одной рукой Ветров зажимает мне рот, а второй задирает подол домашнего платья.

— Тише, – шепчет бессвязно. – Я осторожно. Расслабься.

Его пальцы лезут ко мне в трусы!

Я умудряюсь вцепиться зубами в другую руку. Он с руганью отталкивает меня, и это дает немного свободы.

— Помогите! – кричу так громко, как только могу.

Но крепкая потная ладонь вновь зажимает мне рот. Стону в нее.

Теперь я прижата спиной к груди Ветрова. Слезы текут по моим щекам.

— Перестань дергаться! – шипит он. – Ты всего лишь прислуга. Я хорошо заплачу, Макс не будет против, поверь. Хватит с него Ларки. А тобой пусть поделится!

Ветров дышит мне в ухо. Его влажный язык скользит по мочке, потом лижет шею.

Меня передергивает от омерзения.

О чем он говорит? Что значит “Макс не будет против”? Это то, о чем я думаю?

Нет, не может быть такого! Нужно вырваться!

Бьюсь в его руках, но силы уже на исходе. Слезы застилают глаза плотной пеленой.

— Ну ты и гнида! – рявкает за спиной голос Макса.

Да, это точно он.

Хватка слабеет. Меня отпускают, и я оседаю на пол. А мой спаситель швыряет Романа на пол.

Я в ужасе замираю: Макс заносит руку над лицом Ветрова.

— Не надо! – шепчу, прижимая руки к груди.

Но меня никто не слышит. Тяжелый кулак опускается на гостя. Что-то хрустит. По лицу Ветрова растекается кровь…

Господи… он сломал ему нос!

— Макс, прекрати! – кричу, срываясь в истерику.

Только не хватало, чтобы у него из-за меня были проблемы! Это же его друг!

Макс застывает с занесенной рукой.

— Пусть уйдет, пожалуйста, – молю, глядя на него. – Не берите грех на душу. Прошу.

И Макс слышит меня. Разжимает кулак и отводит руку. Тяжело дышит над поверженным бывшим другом.

Слышится резкий хлопок входной двери, топот ног. В кухню влетает Дым.

— Что случилось, Максим Николаевич? Я слышал крик!

— Выкинь эту падаль из дома, – Макс встает с Романа и отходит в сторону.

Разгоряченный, тяжело дышащий. Он кажется древним гладиатором. От него веет силой и мощью. А еще кровью врага.