Книга Отец (не) моего ребенка, страница 92 – Ольга Висмут

Не знаю как это воспринимать. Он заплатил за меня. Что это – жест доброй воли или попытка взять меня под контроль?

Пока едем к дому, Вова молчит. Мы снова сидим на заднем сиденьи, и снова он что-то печатает в телефоне. Я смотрю на пробегающие мимо огни. На город опустились сумерки, да еще и густой снег пошел. “Дворники” не успевают сметать его с лобового стекла.

Искоса поглядываю на Вову. Красивый, гад! Есть в нем что-то брутальное, но в то же время и миловидное. Не пойму, как такие противоположные черты смогли достаться одному человеку?

Ловлю себя на том, что любуюсь его профилем. Неужели я начинаю влюбляться в него? Ох, только этого мне не хватало!

У моего дома автомобиль тормозит. Прямо возле подъезда. На лавочке, несмотря на позднее время и снег, сидят две бабульки.

Под их любопытными взглядами Вова помогает мне выйти из машины, пока водитель достает пакеты из багажника.

— Владимир Данилович, помощь нужна? – спрашивает он простуженным басом.

— Нет, сам донесу.

Я здороваюсь с бабушками и в легком трансе вхожу в лифт за Вовой. Уже ничего не говорю. Поняла, что это бесполезно. Этот мужчина из тех, с кем невозможно договориться. Он не признает ничьих правил, кроме своих.

А я не в том положении, чтобы ругаться с ним. Да и не хочу.

Возле квартиры мне приходится немного замешкаться, пока ищу в сумке ключ. Не с первого раза попадаю в замочную скважину.

Меня потряхивает от напряжения, от близости Вовы, от того, что он дышит мне в затылок. Все мои установки, которые годами работали без перебоя, словно вдруг отключились.

Я хочу, чтобы Вова остался со мной как можно дольше. И в то же время боюсь того, что может случиться, если мы еще хоть немного пробудет вдвоем.

Наконец-то замок щелкает. Дверь открыта, а мне не хочется переступать через порог, не хочется, чтобы Вова ушел и оставил меня одну в этих стенах, где все напоминает о прошлом…

Страх одиночества и тоски заставляют меня обернуться. Наши взгляды с Вовой встречаются, и я, неожиданно для себя, предлагаю:

— Зайдешь?

Глаза Вовы мгновенно темнеют. Он смотрит так, что все мое тело покрывается мурашками, а нервы в животе закручиваются в тугой горячий узел.

— С удовольствием, – говорит он низким хриплым голосом.

У меня внутри все сладко сжимается.

В квартире стоит затхлый воздух. Я тут уже пару недель не была.

— Кухня там, – показываю, куда отнести покупки.

Вова молча разувается и топает с пакетами в указанном направлении.

— Что-то пол холодный, – отзывается он. – Включи отопление.

Я густо краснею.

— А у меня полы без подогрева.

Он оборачивается в дверях кухни, бросает на меня недоуменный взгляд. Ну простите, мы не настолько богатые.

— Ладно. Только ты босиком не ходи, – говорит Вова, подумав.

— Хорошо, – усмехаюсь.

Первым делом открываю окна и проветриваю. С кухни доносится шорох пакетов.

— Да, а тут действительно пусто, – досадует Вова, стуча дверцами шкафчиков и холодильника.

Я подхожу к нему. Он с деловым видом раскладывает продукты.

— Не голоден? – спрашиваю. – А то я бы поела.

И вновь меня окидывают темным взглядом, от которого пальцы на ногах поджимаются.

— А давай, – соглашается он. – Не устала? Просто уже вечер.

— Нет, я в деревне отдохнула, – пожимаю плечами. – Как насчет пиццы?

Кажется, я купила все, чтобы ее приготовить.