Книга Стеклянные чувства, страница 6 – Виктория Лукьянова

Как же порой сложно. Сложно держать всё в себе, хранить грязные секреты и пытаться быть хорошей дочерью, сестрой и коллегой. Жаль, у меня не получилось быть хорошей женой.

— Спокойной ночи, братец.

Макар фыркнул.

— У нас тут день в разгаре! — хохотнув, он вновь попрощался и сбросил звонок. Я опустила руку и прижала зажатый в ладони смартфон к бедру.

Мурка уставилась на меня.

— На ночь вредно есть, — произнесла я, выходя из кухни на ватных ногах. Кое-как добралась до постели, легла с влажными после душа волосами на мягкую подушку, натянула одеяло до ушей и тихо всхлипнула, но тут же подавила горькие слезы. Завтра нужно выйти на работу, а опухшие и покрасневшие глаза верный признак того, что настроение у меня будет отвратительным, а коллеги не постесняются лезть не в свое дело и начнут задавать неудобные вопросы.

— Марианн, ты слышала что-нибудь о Лесе из отдела доставки? Говорят, она разводится.

Я вздрогнула и взглянула на коллегу. Мы потихоньку собирались в зале для переговоров на очередную летучку, и вроде бы ничего не предвещало беды, пока не прозвучал вопрос, заданный Алиной таким голосом, будто она только что поведала мне сокровенную тайну. Коллега сидела рядом со мной и хлопала длинными густыми ресницами, от тяжести которых, скорее всего, по вечерам у нее болели веки, но та упрямо каждый месяц записывалась к своему мастеру по наращиванию и выбирала самый «тяжелый» вариант для своих «выразительных» глаз. Я не судила девушку. Алина была в активном поиске, о чем не раз успела сообщить мне, и, похоже, она воспринимала меня как подругу. Иначе почему каждый раз, когда в компании появлялись сплетни личного характера, Алина мчалась ко мне и приносила новости?

В ответ я пожала плечами и отвернулась, сделав вид, что сосредоточена на заметках в своем ежедневнике, пока Алина, наклонившись поближе, не продолжала щебетать о предстоящем разводе коллеги из отдела доставки.

— Если честно не удивительно, что она подает на развод. Говорят, что ее муж...

— Алин, — понизив голос, простонала я, оторвавшись от ежедневника. Стоило мне услышать упоминание о муже, и не важно в каком контексте, весь мир задребезжал перед глазами, — давай не будем это обсуждать. Все же это их дело, тем более личное. Нас оно никоим образом не касается.

Я догадывалась, к чему мог привести столь нелепый и даже отвратительный разговор, и была рада, что мне хватило смелости заткнуть вовремя коллегу, пока та не перешла черту. Но не о чувствах коллег я заботилась, а о собственной безопасности. Ведь и мой маленький счастливый, как раньше казалось, мир трещал по швам, и вот-вот должен был превратиться в миллион осколков. Если уже не рассыпался...

Взглянула на коллегу. Алина, впрочем, согласно кивнула, но нижнюю губу прикусила, словно обиделась. Я понадеялась, что в ближайшие пару недель Алина перестанет таскать мне на своем сорочьем хвосте сплетни.

Переговорная стала заполняться сотрудниками компании, и вскоре здесь стало так многолюдно, что Алине было чем себя занять. Она тут же отвлеклась на девочек из бухгалтерии, вступив в обсуждение предстоящего отпуска одной из них, что не заметила, как я, закатив глаза, отвернулась от их шумной компании и принялась с удвоенным усердием делать пометки в ежедневнике. На самом деле я не была так занята, как хотела казаться. Всего лишь желала, чтобы никто меня больше не доставал. Услышав про предстоящий отпуск одного из сотрудников, я тоже задумалась — может и мне взять перерыв и на пару недель забаррикадироваться в квартире, пить зеленый чай с травами, играть в гляделки с Муркой и наконец-то придумать, что делать с мужем. Как нам теперь жить дальше? Вопрос повис в воздухе, пока я не услышала внутренний голос, прошептавший: