Книга Развод. Прошла любовь, завяли помидоры, страница 12 – Элен Блио

Твою ж мать! О-о…

Бывают же такие мужики, а?

Я залипла, главное, чтобы челюсть не совсем упала.

Просто двести процентов тестостерона. Хорош, скотина.

Знаете, бывает такой тип мужчин, про который почти любая женщина скажет – дала б не глядя.

Вот и этому я бы дала. Блин.

Похож на Тома Харди. Не классический красавец, но такой, от вида которого просто сразу соски сжимаются и между ног дискомфорт и влажно.

Нет.

Чёрт!

Смотрю на него и думаю о любовнике, которого надо найти.

Это был бы идеальный вариант! Только…

Нахрена ему я?

Уже не такая молодая и свежая дама, у которой в анамнезе гулящий «кобелино» муж, дочь, которая считает себя уже сильно взрослой, а в перспективе развод и раздел имущества.

Да, да, я свои шансы оцениваю трезво.

Я хороша, я красивая, я себя люблю. Но трезвость оценки помогает избежать многих разочарований.

У меня достойное тело, фигура отличная, грудь, попа на месте, животика почти нет, тонкая талия. Кожа в отличном состоянии. За лицом я, конечно, ухаживаю, как любая нормальная современная дама. Косметолог, уколы, аппараты – это уже стало нормой нашей жизни, и я не понимаю, почему мы должны этого стесняться и убеждать всех, что ничего с собой не делаем.

Кто не делает – это видно.

Даже самый простой массаж лица творит чудеса. Но кому-то лень, кому-то дорого, кто-то не верит в процедуры.

Ну, каждому своё.

При этом я понимаю, что в какой-то степени мой поезд уже ушёл.

Но я за ним и не бегу.

Молодость прошла, я вступила в пору зрелости и это состояние мне дико нравится.

Красота еще есть, мозги уже есть. Живи и радуйся.

Я и стараюсь жить и радоваться.

Теперь буду вдвойне стараться.

Раньше-то я думала, что как женщина могу радоваться только в своей семейной жизни, в супружеской постели. Гулять не собиралась, даже если не всё устраивало.

А теперь…

Я словно получила карт-бланш.

Могу. Имею право.

Свободна как ветер.

Эх, сейчас бы подойти к этому красавчику в костюме и заявить – не хотели бы вы стать моим любовником?

Усмехаюсь сама себе и своим мыслям. Наверняка он женат на какой-нибудь двадцатилетней модели-блондинке, ноги от ушей, бюст пятого размера и талия шестьдесят сантиметров.

Зачем ему рыжая разбитная почти разведёнка с прицепом?

Но смотрит-то он на меня с интересом!

С любопытством смотрит! Пока его друг обтекает отбритый моей Аделаидой.

И я решаю похулиганить.

Беру и подмигиваю ему.

А он…

Он поднимает чашку чая с мятой, который им с барского плеча подкинула подружка, салютует мне и с наслаждением отпивает.

— Вы что-то еще хотели? – скучающе говорит Ада его недовольному спутнику, – Кажется, у вас там важные переговоры, вернитесь за свой столик и не мешайте нам общаться.

— Вы… вы…

— Только попробуйте меня оскорбить, будете иметь дело с моим адвокатом. Герман Крестовский – это имя вам о чём-то говорит? – ох, умеет же Ада вот это вот делать, а?

Костюм фыркает как идиот и возвращается на своё место. Я не слышу, что говорит ему тот красавчик, который мне «зашёл», но он явно так же издевается над своим компаньоном.

— Так, ладно, подруга. На чём мы там остановились? На твоём любовнике?

Аделаида, зараза, как назло говорит слишком громко, и я вижу взгляд незнакомца с чашкой, который застывает, а потом оглядывает меня как-то… осуждающе, что ли? Усмехается, головой качает и подзывает официанта.