Онлайн книга «Живые! Помните погибших моряков! Книга 2»
|
Василий Иванович поднялся на сигнальный мостик, и они все вместе начали осматривать волны по корме, на курсовом 160 градусов. Однако буя «Ряднова» никто из них так и не увидел. — Ну-ка сынок! Ты вспомни хорошенько, буй ты увидел, или это рябь в глазах была? – Обратился командир к матросу-сигнальщику. — Ну что Вы! Товарищ командир! Я наши буи в любую волну ни с чем не перепутаю! – Обиженно ответил сигнальщик. — Ну что ж, тогда погружение! 22 октября 1981 года, 13.40, ПЛ БС-486. Водолазы второй тройки, давно отработали своё и находились на декомпрессии. Поэтому, дабы не терять времени на переоснащение водолазных аппаратов поста правого борта и обеспечить спасенным подводникам свободный проход по всем барокамерам, Петрович распорядился поддуть ПВО левого и правого бортов, а также шлюзовой отсек до забортного давления и работать водолазами поста левого борта с поста правого борта протянув туда шланг-кабельные линии. Командир одобрил это неординарное решение и работа началась, с одновременной подготовкой к проведению водолазного спуска поста правого борта. Водолазные спуски решено было проводить методом кратковременных погружений со 180-и минутной экспозицией на грунте, то есть под максимальным давлением. При этом, водолазы на входном люке, либо торпедных аппаратах должны были находиться постоянно сменяя друг друга. Применяя для дыхания водолазов в период декомпрессии кислород, время декомпрессии сокращалось до 150-и минут. Имеемые 24 водолаза, разделенные на 8 троек как раз перекрывали сутки «Ленок» остановился на глубине 25 метров. «Водолазам! Искать лодку по правому борту!» – рявкнул голосом командира «Каштан». Командир спуска старший лейтенант Нюк отдал соответствующую команду водолазам, находящимся в приёмно-выходном отсеке. Прошло двадцать минут прежде чем кроме докладов о самочувствии от водолаза поступило долгожданное: «Вижу носовую оконечность затонувшей подводной лодки, примерно в восьми метрах, подойти ближе не могу, не хватает слабины шланг-кабеля.» После запроса, страхующий водолаз доложил о том, что курсовой угол шланг-кабеля составляет примерно 143 градуса, о чем Нюк немедленно доложил штурману, а тот, в свою очередь, зная длину шланг-кабеля, нанес истинное место затонувшей подводной лодки на поисковый планшет. Озабоченный командир, дав команду поднять водолазов на борт, покинул четвертый отсек. Спасательной подводной лодке нужно было продвинуться назад и вправо, с тем, чтобы обеспечить хорошие условия работы водолазам. После доклада командира водолазного спуска о том, что водолазы подняты на борт и водолазные ниши в легком корпусе закрыты, завыли лебёдки гайдропов, подводная лодка вздрогнув легла на грунт и поползла под главными электродвигателями назад и вправо. Да! Мой глубокоуважаемый читатель. Со времен второй Мировой Войны ни одна из подводных лодок на днище по грунту не ползала. Ну да что делать?! Жизнь заставит и на пузе плясать придется! Всплыть, перейти 40 метров и вновь лечь на грунт конечно можно. Но куда при этом отнесут лодку ветер и волна, сказать не сможет никто. А нынешних высокоточных средств определения места в те времена ещё не было. Поэтому водоизмещающий в подводном положении 5000 тонн «Ленок», как гужевая телега подпрыгивая на кочках, пополз по грунту назад, вперёд кормой, ведомый экипажем, ведомый волей командира. Конечно, при этом он окончательно стесал выдающуюся чуть ниже киля носовую гидроакустическую выгородку. Но это были уже издержки. Это была оправданная жертва во спасение экипажа затонувшей подводной лодки, тем более, что находящуюся там гидроакустическую антенну уже разбили. |