Книга Море нас (не) услышит, страница 28 – Агата Чернышова

Подумать было о чём, и именно из-за этого я не любила такие минуты, когда не оставалось ничего иного, кроме как, встать лицом к лицу с уверенно надвигающимся завтра. На отдыхе легко жить одним днём, почти так же легко, как дома — строить планы.

И то и другое опасное занятие. Я потёрла шею и оглянулась. На пляже почти никого не было, солнце медленно опускалось за горизонт, в такое время не позагораешь, и как бы народ не стремился к морю, плавать любили немногие курортники.

Игоря всё не было. Я уговаривала себя, что он просто задерживается, но в душе понимала, что вот-вот разразится буря. Надо было сразу рассказать ему о предложении Нади, но я всё медлила, а потом не решалась, потому что пришлось бы объяснять, почему сразу не раскрыла её план. И заодно, как это меня угораздило с ним согласиться.

Мне казалось, или я убеждала себя в этом, что вскоре Наде надоест гоняться за тем, кто ускользает из рук, и она поищет себе более лёгкую добычу, но в душе понимала, что эта гарпия так просо не отстанет.

Не надо много ума, чтобы просчитать дальнейшие события. Надя всё выложит Игорю и представит меня в худшем свете, чем это было бы, если б я всё рассказала ему сама.

Чиркнула зажигалка, сигарета всегда успокаивала и помогала думать. Вот и в этот раз мысли сами собой расползлись по полочкам и уложились штабелями, обнажив неудобную истину. Я не рассказывала Игорю о Наде, потому что боялась его реакции.

И утешала себя тем, что наш курортный роман всё равно закончится на берегах Средиземного моря, так пусть это будет ближе к концу отпуска, а не в его разгаре.

И что это я так в него втюрилась, будто и не видела других мужчин?! Понятна ещё реакция Нади, она долго находилась во власти родителей, которые никого к ней на пушечный выстрел не подпускали, тут волей-неволей научишься лицемерить и вцепишься в первую возможность вылететь на свободу. Но я-то?

Мужчин у меня было не так много, как считает моя семья и знакомые, которые судят поверхностно и со стороны. И всё потому что я не скрывая гордилась собственной независимостью. Хочу мужчину — получаю его. А если нет, то жизнь слишком коротка, чтобы расстраиваться.

И вот сейчас я расстраиваюсь! Чёрт возьми, в Игоре для меня соединилось всё то, что я долго и безуспешно искала в мужчинах. Желание партнёрства, полная схожесть взглядов, отпадный секс и страсть к путешествиям. К морю и суше. Игорь один из немногих, кто не старался сделать из меня домашнюю наседку, хлопочущую по дому и смотрящую за выводком детей.

Почему-то остальные начинали встречаться с сильной и независимой, но по прошествии всего недели пытались превратить её в слабую и покорную воле всемогущего мужчины. Этакого раздутого самомнением облака в штанах!

Конечно, возможно, так будет и с Игорем, вернее, было бы при условии, что отпуск продлится не две недели, а полгода или год. Но я этого уже не узнаю.

— Хорошо, что ты не ушла, — произнёс он, подходя ближе и застав меня врасплох. Я вздрогнула и сильнее закуталась в пляжное полотенце, будто Игорь мог подслушать мои мысли. — Я задержался.

— Ничего, — пролепетала я, удивляясь дрожи в собственном голосе. Соберись и перестань дрожать, тряпка!

— Это правда? У меня была Надя и всё рассказала.

— Правда, — вздохнула я, по-прежнему смотря на море, будто хотела позаимствовать его силу, скрытую под видимой гладкостью зеркальных вод. — Это было глупо.