Книга Мой любимый секретарь или как отвадить босса, страница 7 – Александра Марс

Я махнула рукой, пропустив мимо ушей весь сарказм, и возбуждённо ткнула пальцем в пачку липовых счетов.

— Судя по этим бумагам причина претензий к фирме — фиктивные договоры на выполнение работ и ложные декларации на налоговый вычет? Я правильно поняла?

Беленский кивнул, — неприязненно покосившись на пачку в моих руках.

— Это подделка! Подпись на этих листах сделана не Андреем Петровичем!

Новый директор нахмурился, полностью развернувшись ко мне, и подобрался, как готовый к прыжку хищник.

— Смотрите, — в пылу азарта не замечая ничего, принялась лихорадочно перетаскивать уцелевшие папки из стеклянного шкафа, вынимая листы один за другим.

Владислав Игоревич подошёл ближе.

— У него был артрит, — говорила я тихо, пока раскладывала поддельные документы, с одной стороны, а документы из папок с другой. — Андрей Петрович никому не говорил, мол, подумаешь, но потом болезнь начала прогрессировать, и писать стало сложнее.

Я ткнула пальцами в несколько бумаг из цветных папок.

— Вот тут, видите? Линии кривые, — выделила ещё пару листов. — Это все подписи, датированные одним днём прошлого года, как и в этих “доказательствах”, и линия должна дрожать, а не быть идеально ровной.

Наклонившись над моим плечом, Владислав Игоревич внимательно всмотрелся. Я невольно отодвинулась, почувствовав его так близко.

— Он скрывал болезнь, — торопливо сказала, стремясь скрыть неловкость, — но ведь можно проверить посещение больниц и свидетельство лечащего врача. Он подтвердит, что на его стадии артрита невозможно выводить такие линии.

— Хм, — директор задумчиво провёл пальцами по подбородку. — Ладно, уже что-то, но этого недостаточно. Суд эти доказательства не убедят.

— Да, конечно. Но смотрите: в этих липовых счетах указаны компании. Следствие считает, что товары и услуги они не поставляли, что это компании-однодневки, так? Но Андрей Петрович заключал договора и субподрядчиками, им на счета выплаты приходили, и есть документы, где заказчики подтверждают факт выполненных работ!

Я говорила торопливо, эмоционально махая руками, проглатывая слова.

— Вы хотите сказать, что мы можем найти доказательства перевода средств и физически выполненной работы…

— За которую был оформлен вычет, да! — от радости едва не снесла со стола подставку.

Владислав Игоревич посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло что-то новое, более уважительное.

— Зачем это тебе? — тихо спросил он. — Могла бы просто уйти, получить свои деньги и забыть.

— Во-первых, — я сдула со лба мешающую прядь волос и уже закатывала рукава офисной рубашки, — я уважаю Андрея Петровича, и так оскорблять его не позволю. Во-вторых, этот кошмар ляжет на плечи всех сотрудников, найти работу станет в разы сложнее. А у половины дети, семьи, престарелые родители. Мне тоже, знаете ли, не улыбается ходить с таким пятном на репутации. Я всё-таки на руководящей должности.

— Хм, — усмехнулся директор, — корыстный интерес?

— Ещё какой! — я встала, уперев руки в бока.

Тут мы оба перевели взгляд на шкаф в приёмной, блестящий дверцами через открытую дверь.

Он занимал всё пространство от стены до стены, макулатуры там было немерено.

— Какой самый ранний из счетов в наших поделках? — с осторожностью спросил Владислав Игоревич.

— Шесть лет назад, — кисло сказала я, начиная осознавать, во что влезла. Тут работы минимум до завтрашнего утра!