Книга Серебряный развод, страница 7 – Олеся Рудая

Такси мчит меня домой, а в голове крутится один вопрос: действительно ли Костя мне изменяет? И что это была за сцена со спущенными штанами?

Плохое предчувствие сжимает горло, словно удавка. Что-то здесь нечисто.

Дома я лихорадочно обыскиваю каждый угол, будто ищу улики. И вдруг — старый диктофон, купленный мужем когда-то для моей работы. Раньше я записывала встречи с клиентами (с их согласия, конечно), но со временем стала обходиться заметками.

Батарейки вставлены, кнопка нажата — работает.

И тут меня осеняет.

Фарфоровая ваза. Та самая, что я подарила Косте на двадцатилетие нашей свадьбы. Она стоит у него в кабинете, пылится на полке — идеальное укрытие.

Не теряя времени, я решаю заглянуть в офис. Причина? Да хоть обсудить свадьбу Вадима, хоть наш «счастливый» брак, хоть картину Репина «Приплыли» — на месте разберусь.

Через полчаса я уже у офисного здания. Летний зной спал, но в воздухе висит тяжелое предчувствие. У меня еще два часа до встречи с клиентами — успеваю.

Миную проходную, кивая полусонному охраннику, и врываюсь в коридор.

И тут же вижу Вадима.

Он прижимает к стене блондинку — девушку с обложки: длинные ноги, осиная талия, томный взгляд. Неужели та самая невеста?

Заметив меня, он резко отскакивает, блокируя мне путь.

— Нина? — его глаза бегают, будто ищут оправдание. — Как хорошо, что ты здесь! Мы же не обсудили свадьбу!

— Разумеется! — улыбаюсь так широко, что щеки сводит, и бросаю взгляд на блондинку. Но Вадим и не думает знакомить.

— Нина! — представляюсь сама.

— Снежана, — девушка снисходительно окидывает меня взглядом, будто я случайная просительница в ее будущем королевстве. Ну да, гордись, детка. Если верить рассказам Вадима про их скоротечное банкротство, то завидовать тут нечему.

— Девочки, пройдемте в кабинет к Костику, пока он на выезде.

Второй раз за день я переступаю порог кабинета мужа. Первым делом ищу вазу.

Она стоит на полке, покрытая тонким слоем пыли — никому не нужная, забытая.

Дело за малым — оставить диктофон внутри.

— Нина, мне на свадьбу, если честно, плевать. Как Снежка скажет, так и будет. Главное — чтобы бухла было залейся и караоке с Лепсом! — Вадим громко хохочет, потирая руки.

— Принято к сведению, — важно записываю в блокнот несуществующие заметки. Ухмылка с лица Вадима слетает, будто её ветром сдуло.

— Ещё пожелания? — поворачиваюсь к Снежке.

Она задумчиво чавкает жвачкой, накручивая на палец белую прядь. Я терпеливо жду, пока эта «невеста» соберётся с мыслями.

Наконец её рот раскрывается — и на меня обрушивается водопад капризов: то, что было у подруг, то, что она видела в фильмах, а половину, кажется, во сне придумала. Некоторые пожелания вообще не сочетаются в рамках одной вселенной, не то что свадьбы.

— Это всё? — спрашиваю, когда поток слов иссякает.

— М-м-м… Пока да. Но если что вспомню — докину!

— Конечно. Только учтите, от чего-то придётся отказаться. Например, сезонные цветы и дешевле, и простоят дольше. А вот павлина… — делаю многозначительную паузу, — я, конечно, достану (и правда достану), но сомневаюсь, что ресторан пустит птицу в зал. Так что либо свадьба на природе, либо никаких диких животных.

— Никаких «либо»! — взвизгивает Снежана.

— Котёночек… — заискивающе бормочет Вадим, гладя её по плечу.