Книга Измена (не) моя любовь, страница 46 – Анна Эдельвейс

Вероятна, моя Софи не прониклась важностью момента. Начала лаять, поднявшись на лапки на своей подушке и вытянув мордочку.

И надо же было такому случиться, оказывается, меня тоже заметили. Вернее не меня, а Софи, заполнившую холл лаем.

— Дима, кто эта невзрачная мышь в сером платье? Не припомню её — невеста Матвея окатила меня презрением холодных рыбьих глаз, отвернулась.

— Новая горничная Софи, — Дима говорил Милене в спину.

— Ещё одна тупица. Снова всему надо учить. Даже собаку угомонить не может — Милена только не плюнула в мою сторону, я стояла раздавленная.

«Тупица» это она про меня? То есть наше знакомство началось с войны? Ну, подожди, милая. Я тебе устрою.

Громко спросила у Димы:

— Дмитрий, эта тётенька в белом шёлковом костюмчике с претензией на Малбери не та самая, что сбежала из психиатрического отделения? По телеку велели быть осторожными, не открывать двери кому попало?

Надо было видеть реакцию на мои слова всех присутствующих. Бедный Дима покрылся испариной, повернулся ко мне красный, как рак. Об его лысину можно было зажигать спички. Милена от удивления открыла рот, уставилась на меня не в силах придумать фразу. Я не торопясь наклонилась к Софи, ткнула пальцем в Милену, от возмущения застрявшую на лестнице:

— Фу, у них в психколхозе про мыло не слышали. Пойдём, Софи отсюда. Пусть грязнуля помоется с дороги.

Повернулась, подхватила тележку с Софи и покатилась к себе. Конечно, я понимала последствия. Ну и что. Обзывать себя никому не позволю. Привезла в будуар тележку с Софи, погладила собачонку, та резво схватила своего зайца, весело моталась из угла в угол, таская его за ухо. А я прикидывала с чего начинать собирать чемодан. Прощай, карьера. Конечно, меня выгонят. Ну и что. Мне самой неприятно здесь оставаться. Однако, мне ещё надо заглянуть в глаза Матвею. Вот прям непременно надо.

Села на кровать, схватилась за голову. Неужели я скатилась до перепалки с невестой Матвея из за ревности? Как самая настоящая собака на сене: «сама не ам и другому не дам». Собственно, чем мне обязана его невеста? Да она час назад и не знала о моём существовании. Как и я о ней. Так почему же я ревную Матвея настолько, что потеряла голову и полезла в дешёвую ссору.

Матвей никогда не будет моим в первую очередь потому, что мне нельзя. Я всё ещё замужем. Получается, я морочу голову и ему и себе? Хотя нет, стоп. Вот как раз ему я никаких поводов не давала. Это он не скрывал своих чувств. Вернее, желаний.

Вообще то я забыла о самом главном. Случился мой самый заклятый кошмар. Я влетела в любовный треугольник. Сама тайно влюблена в Матвея. Его невеста и подавно любит его. Чувства Матвея обычный пшик — дамы, наверное, для него легкодоступный трофей.

Софи подбежала ко мне, прижалась головой к ногам. Я подхватила её на руки, нацеловала душистую шёрстку. Моя верная подружка слизнула мне слезинку с щеки.

— Софи, что мне делать? Я влюблена в Матвея. Влюблена без права показать ему свои чувства. Я замужем, но об этом никто не должен знать. Мне надо начинать войну за имущество после развода, а помочь пока некому. Вот разведусь, тогда может быть и будет легче открыться чувствами. Только я опоздала на этот поезд. Оказалось, у Матвея другая.

Через минуту вбежал Дима: