Книга Развод. Любовь на перекрёстке судьбы, страница 82 – Анна Эдельвейс

Тётушка поднялась, прихватила зажигалку со стола, позвала внучку:

— Машуня, иди ко мне. У меня есть до тебя дело.

Маша кузнечиком прискакала, по привычке прижалась к бабушке, обхватив её ручонками.

— Пока дорогая, — тётушка погладила Машу по косичкам: — Мне надо проведать свою табуретку в моей собственной кухне.

— Бабуля, ты уходишь? — Маша растерялась.

— Ойц, Маша! Таки не вынимай меня из удовольствия проведать моего кота в моей квартире. Я останусь одна, без вас, но обещаю, у вас всё будет цукер зис. Без меня.

Она направилась к двери:

— Прощайте.

— Тётя Майя, постойте. — Марк попробовал остановить загрустившую тётушку: — А что, если мы с вами присмотрим для вас квартирку рядом, тут есть одна.

— И снова здравствуйте, — тётя вернулась, села перед Марком.

— Так вы согласны? — Марк улыбался.

— Почему нет? А когда?

Вот так у меня в соседках оказалась любимая тётушка. Я, конечно, пыталась призвать её совесть к ответу:

— Разве так можно?

Тётушка подняла бровь и даже вынула сигарету изо рта:

— Кто сказал, что не можно? Или Маше потом квартирка будет лишняя?

— Тётя, это нехорошо, — пыталась стучать в меркантильное сердце мачехи: — Что о нас подумает Марк. Так приличные женщины не поступают.

— Ойц, дурочка ты, Ленка. Имею что сказать за приличную женщину, — она оглянулась, не слышит ли кто: — Приличная должна не пить, не курить, спать ложится в 22–00, вставать в 6 и по мужикам не шляться. Но помни, всё изменится, когда она выйдет из тюрьмы.

Тётушка расхохоталась, оставив себе квартиру и отличное настроение.

Ну, раз мы стали соседками, я забежала к ней на минуту:

— Вы куда то собираетесь?

— Таки да! Сначала собираюсь дождаться Дёму.

— А зачем?

— Ойц, Лена! Дёмушка меня прокатит до базара. Меня же Люська ждёт. Я ей рибу обещала привезти.

— Тётушка, ей из ресторана с мишленовскими звёздами привезут всё что Люсьена Марковна захочет…

— Таки не перебивай за нашу рибу, Лена! Я знаю за жизнь солёной рибки-тюльки всю её биографию! Каждый, кто попробует ту тюльку — поймёт, что до сих пор напрасно жил.

Вы догадались, куда собиралась тётя? Точно. Она познакомилась с питерской тётей Марка, теперь была постоянной гостьей в частном пансионате.

Правда, в день их знакомства, я даже не представляла, что они так подружатся.

Питерская бабушка нам никому не была рада. Марку в том числе. Правда, это она не знала талантов моей тётушки.

Тётя Майя по- хозяйски присела возле Люсьены Марковны, достала пирог, красивую посуду. Питерская бабуся насторожилась:

— Я с вами мало знакома.

— Что то имеешь мне сказать? Вот я, вот твоя невестка Лена. Ты Люся. Всё. Познакомились.

— Как мы будем разговаривать? Я ничего о вас не знаю. — питерская старушенция задрала подбородок и надменно смотрела на тётушку.

— Ойц, давай я послушаю твои глупости и не сделаю себе беременную голову, — тётушка доставала красивый хрустальный графин, чудные рюмочки.

— И всё же нам надо подружиться получше, — упорствовала питерская гордячка.

— Люся, не мешай себе жить. Ты как в индийском кино: сначала я и мои 40 слонов станцуем перед тобой, а потом я решу твои проблемы и мы таки познакомимся.

Я прыснула. Тётушка была на своей волне и сбить её с дружественного настроя не удалось бы даже индийским слонам.

— Люська, я тебе лекарство принесла. Коньяк называется. Смотри, наливаешь рюмашечку…