Книга Измена. Игра в чувства, страница 23 – Анна Эдельвейс

Я не шевелилась. Понятное дело, меня никто не ждал, вот Иван и обрадовался, притащил свою ненаглядную, а сейчас просто заговаривал мне мозги. Я прикрыла глаза, представив себе, что буду делать, когда толкну дверь в кабинет и увижу там его белобрысую лахудру. Интересно, там она, или Василевский многостаночник и там другая ведьма?

Честно сказать, я и не знала, что такая ревнивая. В голове роились просто дьявольские предположения. В душе я чувствовала, меня сейчас сметёт огнём ревности. Ой, девочки, никому не пожелаю таких мучений. Ревность, настоянная на подозрениях это просто смертоносный коктейль.

Меня интересовал один единственный вопрос, кого Иван прятал в кабинете. Моего мужа интересовал другой вопрос:

— Где Машенька? Её не пора забирать из садика? — Иван подошёл ко мне, нагло поцеловал в висок, широченной лапищей скользнул по спине: — Сама поедешь за Машей в садик, или вместе съездиим?

Я подняла глаза на Ивана. Вот же явно юлит человек. Мы в жизни не ездили за дочкой вместе в сад, он сам пару раз забирал её за всё время. А, понятно, он хочет выставить меня за дверь, чтоб скрыть ту дрянь, что прячется в кабинете. Ишь ты, артист какой, хотел мне зубы заговорить, назвав “птичкой-синичкой” и про садик вспомнил, лишь бы запудрить мне мозги и выставить из дома. Я пронзительно всматривалась в его лживую рожу, муж не выдержал:

— Элеонора, терпеть не могу твои бабские заскоки. Чего ты молчишь? Стоишь, как привидение.

— Бабские заскоки? А сколько баб у тебя было с заскоками. Та, на столе, тоже с заскоками?

— Ты когда такой язвой стала, Элеонора?

— С позавчерашнего вечера.

— Мать твою, да что такого было то в тот вечер? Одна устроила спектакль, другая устроила сюрприз и я же в этом виноват?

— Ну да. Это перед тобой сидела женщина, предлагая себя, а не передо мной мужик. Так кто виноват?

Я отстранила Ивана рукой, нечаянно коснувшись его голого, влажного торса. Меня как током ударила. Горячее тело мужа, такое привычное, родное, красивое сейчас стояло возле меня напоминанием того, что у него есть другая. Не для меня он пять минут назад трудился до седьмого пота. Это как же он её там, что стоит весь в испарине.

Я зажмурилась на секунду, задержав дыхание, чтоб не вдыхать его запах. Одёрнула себя: сама только что подала заявление на развод, уже в голове всё решила — нам не быть вместе, мы чужие люди. Но этот гад, что был самым родным, стоял рядом со мной и делал вид, что ничего не случилось. Вот же скотина!

Это конец. Я оказалась перед разбитым корытом в качестве оплёваной жены. Стоитмне открыть дверь, встретиться с глазами с его бабой и услышать, как она рассмеётся мне в лицо! Потому, что это я допустила такое поведение мужа. А тут ещё Василевский решил меня приобнять. Так, как он делал всегда: крепко и нежно, одновременно утопая лицом в моих волосах.

Оттолкнула мужа со всех сил, я не шутила:

— Не прикасайся ко мне, Василевский. От тебя воняет не пойми чем.

Пульс набатом стучался в сердце, я настолько ослабела, было впечатление, что у меня из спины вытащили позвоночник. Я как будто небо держала на плечах, чтоб оно не рухнуло и не пришибло меня, расплющив вдребезги. Там, куда так старательно мой муженёк закрыл дверь — баба. Наверняка, голая.

А он держит меня, давая ей возможность одеться!